Катюша вытаскивала их из корзинки для рукоделия и упоенно кромсала все, что попадалось под руку. Оставалось лишь удивляться, каким образом малышка ухитрялась «перекусывать» толстые бельевые веревки и ловко резать картон или плотную ткань. Кстати, руки у девочки работали лучше языка. Несмотря на то что ей исполнилось четыре года, Катя разговаривала, как двухлетняя.
Сейчас, воспользовавшись тем, что ее оставили одну, Катя испортила тяжелую штору, украшавшую гостиную. Хулиганка попросту отрезала край драпировки, а заодно отхватила тяжелые кисти, висевшие на очень толстых шнурах.
Поняв, что натворила негодница, Сима всплеснула руками:
— Какой кошмар! Сейчас я тебя нашлепаю.
— Неть, — заявила Катя, — низзя!
— А резать занавески можно?
— Низзя.
— Но Катя это сделала.
— Неть!
— Кто же тут так набезобразничал?
— Мама, — мигом соврала девочка и швырнула ножницы на пол. — Не Катя.
— Ты еще и лжешь!
— Неть. Не Катя.
— И где же сейчас мама? — сердито спросила Сима.
— Там, — крохотной ладошкой указала куда-то вверх Катя.
— А бабушка?
— Бай-бай пошла.
— А папа где? — продолжала допрос Сима.
Хоть Полунина и была близким другом семьи, но наказывать ребенка она не имела права, это прерогатива родителей.
— Сейчас тебе достанется, — пообещала Сима, — будешь знать, как вещи портить.
— Неть! — взвизгнула Катя.
Потом девочка с ловкостью обезьянки схватила большие ножницы и побежала по лестнице вверх.
— Стой! — испугалась Сима.
— Неть! — проорала Катя, несясь на второй этаж. — Сима кака!"
"Полунина рассердилась не на шутку и отправилась искать кого-нибудь из родственников хулиганки.
Очень скоро ей стало понятно, что родители Юли, утомленные обильной едой, мирно спят в отведенной им комнате. Игоря нигде не было видно, Лидия Константиновна словно испарилась. В небольшом холле на первом этаже нашелся лишь Димон. Карякин сидел в кресле с книгой в руках.
— Ты чего мечешься? — лениво спросил он Симу.
— Где Игорь? — вопросом на вопрос ответила Полунина.
— А хрен его знает, я тут давно один кукую, — зевнул Димон.
И добавил:
— Нинка дрыхнет.
* * *— Кто такая Нинка? — остановила я рассказ Симы. Полунина скривилась:
— Димон сначала ухаживал за Юлькой. Причем представлял ее всем как свою любовницу, но на самом деле у них ничего не было. Юля сразу влюбилась в Игоря и, когда погибла Майя, не стала скрывать своих чувств. Тогда Карякин завел роман с Нинкой, и опять то же случилось.
— Что? — удивилась я.
Сима протяжно вздохнула.
— Сейчас объясню.
