Доверие

Только Калеб может разговаривать. И писать, и использовать язык жестов. Раньше я думала, что ему просто не хочется общаться, однако дело не в этом. С общением у него никаких проблем нет.

– Можешь повторить? – спрашиваю приторным писклявым тоном, будто обращаюсь к младенцу. – Бо-о-о-о-ольше.

Он рычит, отталкивает отца, хватает стол и переворачивает его. Я ловлю ртом воздух. Все падает со столешницы, разливается по кафельному полу. Тарелки разбиваются, овсянка забрызгивает холодильник, сок Ноя попадает Джейку на джинсы.

Понятия не имею, какие выражения лиц сейчас у Джейка или его младшего сына. Я стояла не шевелясь, пытаясь скрыть, насколько бешено громыхает в груди сердце.

Поднимаю взгляд на Калеба, едва не улыбаюсь вопреки страху. Он теряет рассудок. К тому же парень жесток.

Неужели я только что одержала победу, и он перестанет так себя вести?

Или сделала лишь хуже, и теперь должна ждать ответного удара?

Калеб покидает кухню раньше, чем кто-нибудь пошевелится.

К сожалению, далеко он не уйдет.

Джейк двигается следом, но я окликаю:

Это наше с Калебом дело.

Развернувшись, мужчина с минуту смотрит на меня.

Услышав это, я ощущаю легкий укол гордости.

В ответ лишь пожимаю плечами, поднимаюсь со стула и беру бумажные полотенца, чтобы вытереться. Моя длинная толстовка прикрывает нижнее белье.

Бедному Ною досталась уборка на кухне, потому что Джейк отправился на поиски старшего сына, в итоге обнаружив, что тот взял снегоход и ушел на охоту.

Черт, охота может занять и несколько дней. Так как вчера мы подстрелили оленя, мясо нам не нужно. Значит, он хочет держаться подальше не меньше моего.

Я его не понимаю. Хотела бы понять, но Калеб похож на животное. Он ест. Спаривается. Дерется. И все.

Вряд ли парень ревнует. Не похоже, чтобы он злился, когда Ной трогал меня той ночью.

Мои щеки вспыхивают. Чувство вины, от которого я отмахивалась, снова накатывает.

Мне всегда будет ясно, почему это произошло с Джейком. Или почему могло произойти с Ноем. По какой-то причине этот дом – эти люди – каждый день внушают доверие, и я убеждаюсь, что всегда знала, в чем нуждалась. Ни в сексе. Ни в парне.

А просто в месте. Чтобы что-то или кто-то вызывал такое ощущение, будто я дома.