В отеле к ужину было принято выходить при параде: женщинам – в элегантных вечерних платьях и с драгоценностями, мужчинам – в пиджаках, но в последние годы никто не удосуживался надевать галстуки. Когда Вероника в последний раз приезжала сюда с Полом, мужчины носили костюмы-тройки. Теперь же постояльцы стали одеваться проще и свободнее, но женщины по-прежнему носили хорошо сшитые коктейльные платья, а несколько гостей помоложе предпочитали платья-макси из полупрозрачного шифона, создающие впечатление воздушной легкости и сексуальности.
Джульетта и Джой остановили выбор на коротких черных платьях, Вероника надела юбку-брюки из белого атласа, ярко-розовую шелковую блузку и серьги с бриллиантами. Этот туалет был единственным по-настоящему нарядным, который она захватила с собой в Рим, и теперь была рада этому. Назавтра ей предстояло придумать другой наряд к ужину.
Тема Софи Марнье и ее матери всплыла в разговоре, лишь когда ужин уже близился к концу, а Джой спросила Веронику, намерена ли она встречаться с обеими.
Джульетта назначила встречу с Марнье на завтра в десять, перед отъездом в шато.
– Если хочешь, мы с тобой встретимся позднее, мама, – мягко предложила Джульетта. – Или приезжай прямо в шато. Тебе незачем видеться с этими людьми.
Дочери Вероники считали, что, в отличие от нее, у них нет выбора. Им досталась недвижимость в совместное владение вместе с Софи, она их сводная сестра, поэтому они решили посмотреть на нее. И пообещали подробно рассказать обо всем Тимми, которая сгорала от любопытства.
– Даже не знаю. Мне что-то не хочется встречаться с матерью Софи, но если подумать, все это случилось так давно, что, может, и следовало бы встретиться. Хотя бы для того, чтобы удовлетворить любопытство. И поддержать вас обеих, – она по-прежнему не могла принять решение.
– Решишь завтра утром, – предложила Джой и принялась рассказывать о недавно нанятом новом менеджере. Ей нравились его советы, у него была прекрасная репутация, он явно умел находить перспективные дарования, хоть и сам был молод – всего тридцати двух лет от роду.
Его звали Рон Магуайр. Вдобавок он порекомендовал ей нового агента, и тот уже начал находить ей новые роли, а сам Рон имел широкие связи в крупных рекламных агентствах и занимался общенациональными рекламными кампаниями. Последние успехи вдохновляли Джой, она часто думала о том, что отец открыл перед ней новые двери и помог приблизиться к исполнению мечты.
