– Вот сегодня же этим и займёшься, Чалдон, – сказал вахмистр. – Перед разбивкой лагеря возьмёшь десяток унтеров и ефрейторов из своего и из четвёртого взвода, пробежите всю ближайшую округу. Ты у нас человек сибирский, лесной, следы, небось, не разучился ещё читать, так что ничего, на пользу всем это будет.
В двадцатых числах июня колонна миновала станицу Наурскую, а к концу месяца, наконец, подошла к финишной точке своего маршрута, городу-крепости Моздок.
– Давай-давай, шире шаг! – подбадривали унтера рекрутов.
– Там вам и отдых, и постоянное место службы. Всё рядом. А мы недельку передохнём и обратно в Астрахань двинем.
Глава 2. В драгуны"
"– Морды помыть, букли мукой присыпать, мундиры свои серемяжные тоже чтобы расправить не забыли! – покрикивал фельдфебель, прохаживаясь мимо костров. – Час времени вам на всё про всё! Опосля всех строим и ведём на гарнизонный плац. Кто дурнее прочих, того полковые самыми последними с него заберут. А кто получше, тот даже и стоять там не будет. Глядите орлом, чтобы издаля видать было, что из вас хороший служака получится.
Старайтесь, дурни, не то попадёте в самый захудалый мушкетёрский полк и будете потом всю солдатчину в нём мучиться!
– Лёньк, а Лёньк, да подожди ты, давай-ка я сам тебе лучше сапоги салом намажу, – предложил другу Тимофей, заметив, как тот морщится от боли. – Ну вот чего ты тут дёргаешься и суетишься, лежал бы сейчас лучше в лазарете со своей этой раной, не дай Бог вдруг шов разойдётся, ведь кровью опять изойдёшь!
– Ничего, Тим, я сам всё, – покачал головой Блохин и обмакнул ворс щётки в заветный горшочек.
– У меня ведь и болеть почти перестало, даже и забывать про рану начал. А что, сегодня уже вроде как десятый день пошел, как на том берегу рубанули. Самое главное, Тимох, – это то, что грязь в рану не попала. Вот потому и не замокла она, не загноилась. Вчерась перед самым ужином лекарь рубец мой осмотрел, говорит, что скоро он уже совсем ссохнется, и тогда можно будет даже и самому все нитки срезать.
Ой, а ещё ведь и пуговицы надо пошибче натереть, – ударил он ладонью по мундиру. – Вон они как за время похода потускнели, а медь ведь должна на солнце огнём гореть, чтобы сразу в глаза бросалось!
Сотни выстроенных на плацу рекрутов вглядывались в двухэтажное каменное здание штаба Кавказской укреплённой линии. Именно оттуда и должны были выходить представители от полков с уже утверждёнными высоким начальством запросами на получение пополнения.
