Их голодными без завтрака к нам сюда отправили, а до вечерней стоянки с горячим ужином нам ещё целый день плыть."
"– Выровнялись! Носочки в одну линию! – пробежал перед четырёхшереножным строем фельдфебель. – Ровно стоим, вона, уже господа офицеры сюды подходят! Рота, смирно! Равнение на середину! – и забухал сапожищами по раскисшей от влаги земле.
– Вольно, Елисеевич, – козырнул ему капитан, – за прапорщиком Городовиковым становись.
– Вольно! – подал тот команду и встал на указанное ему место рядом с молодым офицером.
– Ну что, братцы, устали, небось, уже тут стоять? – оглядывая с улыбкой строй рекрутов, прокричал капитан Одиноков. – Ничего, скоро насидитесь. Вот наш дом на ближайшие два месяца, – показал он на стоявшие у причала две огромные, старые и обшарпанные баржи. – Зато строевой у вас теперь не будет и аж до самой Астрахани парики надевать не надо. Так, представляю вам обер-офицеров. Это мой заместитель, поручик Граббе Густав Фёдорович. Далее командиры полурот, прапорщики Славиков Александр Павлович и Городовиков Сергей Васильевич.
Ну и теперь ваш суровый, но справедливый начальник, тот, кто и будет вами по большей части заниматься, – это фельдфебель Гребенюк Семён Елисеевич. Ему мы и передаём бразды правления в вашей учебной роте, он же и расставит вам отделенных и взводных командиров. Пойдемте, господа, – кивнул он офицерам, – нам по погрузке ещё нужно многое решить, провиант из полка пока что не довезли, амуниции обещанной нет, бардак, да и только.
– Ну что, орёлики, до орлов-то вам, пожалуй, ещё далеко, – подкручивая длинный завитой ус, проговорил фельдфебель. – Их благородие, он, конечно, человек добрый, а вот я совсем не такой. Чтобы у меня порядок тут в роте был, а то глядите, рука-то тяжёлая, лично с провинившимися с глаза на глаз беседовать буду! – и он показал здоровенный, как кувалда, кулак. – А ну, братцы, подходи сюда ближе! – крикнул он стоящим неподалёку кучкой солдат и унтеров. – На начальствование я вас сейчас расставлять буду.
Командиром отделения стерлитамакских рекрутов выпал ефрейтор Иконников Матвей Иванович, а на взводного поставили унтер-офицера Ветлужного. Каждый новобранец получил по шесть сухарей от квартирмейстера, и не успели они их догрызть, как подтянулись подводы из города.
– На погрузку! – скомандовал капитан, и по длинным мосткам-сходням на баржи потянулись людские ручейки с мешками провианта, амуниции и со всяким другим войсковым имуществом.
