Только там мне не рады — дом маленький, а семья большая. Так что подумала-подумала, и решила попробовать сама где-нибудь устроиться. Вроде не криворукая и не ленивая, кое-что уже умею, а чего не умею — так научусь. Хочу в большой город податься, только не знаю толком, где ближний.
— Ближний почти твоя тёзка — Сура в трёх днях пути дальше по дороге. Мне тоже туда. Можешь составить компанию. Сейчас поедим и поедем.
Значит, Сура. А совсем не Марен-Кар. Но если отправлюсь с Тивалем, то буду в безопасности и доберусь быстрее.
О патруле плохого я не слышала. Наоборот, рассказывали, что кроме просто патрулей есть ещё драконьи патрули. Но тех немного, и охраняют они или главные дороги, или границу, или опасные места вроде Запретных гор.
Куропатка оказалась удивительно вкусной — до сих пор пробовать такое мясо мне не доводилось, Ортей на охоту не ходил. Закончив обсасывать косточки, Тиваль затоптал костёр, выплеснул на угли остатки недопитой тайры, споро подтянул ослабленные подпруги у седла, без стремян взлетел на спину коня — и протянул мне руку.
— Давай!
Чего давать? Не поняла.
— Ты что, верхом никогда не ездила?
Я? Верхом? Да как-то не довелось…
Помотала головой. Тиваль хмыкнул.
— Объясняю. Я за руку затаскиваю тебя на спину Волка. Ты, вижу, в штанах. То есть сядешь за седлом по-мужски, держаться будешь за мой пояс. Ну, или за плечи, это уж как тебе удобнее. Так и поедем.
Нормально. Конь — Волк, а я — на Волке верхом. День сюрпризов.
Тиваль крякнул, когда, карабкаясь на лошадь, я чуть не стянула его вниз.
Мне и самой было неудобно, так за незнакомого мужика цепляться. Волк смирно стоял, свесив голову к коленям, только ушами стригал. Наконец я устроилась. Вот не думала, что лошадь такая поперёк себя широкая — сидеть неудобно, ноги враскорячку. И шерсть скользкая. Поёрзав, ухватилась за широкий кожаный пояс Тиваля.
— Ну, готова? Тогда тронулись потихоньку.
Оказалось, с непривычки даже на шагу — а пробирались к дороге мы шагом — верхом мотает, качает и кренит так, что, кажется, ещё чуть-чуть — и свалишься.
Я вцепилась в Тиваля, как утопающий в ту соломинку. Потом, глядя на него, поняла, что надо отклонять корпус туда-сюда, удерживая равновесие, привыкла к ритму и приспособилась. Да и подумалось: все же как-то ездят и не падают? А я что, самая дурная?
— Слушай, Суна, что у тебя там громыхает?
— Котомка. Там бабушкин чайник.
— Чайник? Гм-м… Ну, давай её сюда, я к передней луке седла прицеплю. А то сейчас рысью поедем, тебе мешать будет.
