Мишка был обвинен в колдовстве, конвоиры – в пособничестве оному, и подхваченных людским потоком стражников с потапычем понесло к площади.
Хопкинс, прибывший на место казни и ожидавший увидеть уже привязанных и готовых к сожжению обвиненных, был озадачен. Оцепление вокруг кострища оказалось прорвано, стражники сжались в пугливую, аки трепетная лань, кучку, народ споро привязывал мишку и начальника конвоя к столбам.
На вопрос инквизитора: «Что здесь происходит?» – начальник оцепления, призванного оградить кострище от любопытной толпы, ответил не с первого раза: не привыкшему к заиканию человеку тяжело освоиться с новыми особенностями артикуляции.
Пока Миртор раздавал указания и оплеухи (вторые были более эффективны, чем первые, они всегда могли указать нужный вектор действия), пока вызывали отряд подкрепления, унимали толпу и выясняли причину случившегося… дрессированный потапыч разгрыз-таки веревку и утек. Как это ему удалось – осталось загадкой. В первую очередь для так и оставшегося стоять привязанным к столбу усатого начальника конвоя.
Его, кстати, удалось отвязать не с первого раза – народ в гневе делает все от души и на совесть: хоть защищает родные стены от неприятеля, хоть вяжет узлы на «ведьмовцах». Мишка же припустил по темным проулкам к нижнему городу, а там и к городским окраинам, по одному ему понятным признакам найдя родной табор. В нем топтыгин был обласкан Земаром, накормлен медом и вычесан. Его недовольное ворчание было выслушано хозяином с должным вниманием и пониманием.
Глава 13
Анте на победу
Перед тем как карты будут сданы, необходимо определить сумму, которую ты как игрок готов поставить. Анте (ибо именно так называется первичная ставка) не должна быть слишком крупной, ибо в большинстве случаев ее нужно будет как минимум удвоить.
Из пояснений старика Хайроллера при игре в картыКопыта рассекали корку льда, заботливо укрывшую гладь дорожных луж. Четыре всадника скакали молча, подгоняемые свистом ветра, который решил все ж таки затянуть зимнюю сагу.
Мелкая поземка кружила в воздухе, пряча в дымке закатное небо. Лихославский тракт, на который друзья вышли, дав крюк вокруг Армикопольских стен, вел дальше, к границе, отмерял лины за спиной, уводя прочь от столицы.
Первым нарушил молчание Илас:
– Пора остановиться на ночлег.
Эрден молчаливо кивнул, соглашаясь. От Вассы с Лешем возражений не последовало.
