Отдалённо громыхали взрывы. Казалось, даже земля мелко тряслась.
— Сейчас дальше двинем.
— Не успеем, — проворочал я языком. До зоны высадки было далеко.
Жар с живота расползался на всё тело.
— Успеем. Тебе нельзя не успеть, Стас. У тебя жена скоро должна родить. Ты же девочку ждёшь?
— Да-а-а, — ответил я или просто двинул губами — непонятно.
— Вот заткнись и думай о том, что скоро увидишь свою семью.
Сергей был упрям. Переспорить его было практически невозможно. Он упёрто стоял на своём.
Оставшуюся часть дороги я провёл, то проваливаясь в забытье, то выныривая из него.
Жар сменялся холодом, адской ломотой выкручивало кости. Сильно хотелось пить, но друг только смачивал губы и не давал сделать ни глотка."
"Умом понимал, что при ранении в брюшную полость этого делать нельзя, а пить всё равно хотелось. Боль крепко держала в тисках, не давая вырваться за рамки замкнутого квадрата. Казалось, он сжимался и сжимался, почти превратившись в крохотную точку, в которой был заключён я сам.
— Эй, Стас… Стас! Не отключайся.
Почти прибыли.
Я не отключаюсь.
Меня просто макает с головой в вязкую черноту, липкую, тянущую вниз. Но я не отключаюсь.
Цепляюсь за пересохший голос друга, несущего какую-то чепуху. Постоянно. Не замолкая, как включенный радиоприёмник в автомобиле.
— Сколько твоей жене ещё ходить?..
— Как дочку назовёшь?..
— Родители тоже имя выбирали или сам придумал?..
Серёга по едва слышным звукам разгадывает ответы и говорит дальше. Он задает какие-то до невозможности правильные вопросы.
По ним, как по ориентирам выносит на слепящую светом поверхность.
Ненадолго, чтобы хлебнуть воздуха и глоток жизни. А потом опять провалиться и терять связь.
— Не отключайся. Вот сейчас точно нельзя отключаться!
Кажется, меня сильно тряханули и подняли. Сильный рокот перекрыл все остальные звуки.
Очнулся я уже в госпитале, прооперированный и залатанный. Серёга навестил меня первым из всех.
— Поздравляю с внеочередной наградой, герой! — улыбнулся я, разглядывая обветренное лицо друга.
Словно видел впервые.
Хотя, по правде видел его впервые после того, как очнулся.
— Тебе тоже перепало, — усмехнулся Серёга и оседлал стул, свесив с него руки.
— Долго я был в отключке?
— Прилично, — улыбаясь, ответил Серёга. — Но жив же.
— Жив, да.
Смеяться ещё было больно, как и глубоко дышать.
— О чём думаешь, Стас?
— Домой хочу. Жену хочу увидеть.
— Правильно.
— Я с этим завязываю, — признался я. — У меня контракт заканчивается. На новый не пойду.
