Я только представил, что моему Зверьку что-то понадобится, она заблудится, испугается, подвернёт ногу, потеряет кредитку, да что угодно – она первый раз за границей – а я ничем не смогу помочь, и мне уже стало плохо."
"И теперь я спокойный и гордый шатался с ней от бутика к бутику, и ловил восхищённые взгляды продавщиц. Да, ещё заказал отель, что она просила. Конечно, самые дорогие апартаменты. И цветов, цветов туда побольше! И ужин в номер. К чёрту все дела! В конце концов, один раз живём. И вообще у нас медовый месяц.
Не давал мне покоя только Бломберг. Ведь у него что-то было для меня. Я и боялся, и желал получить это одинаково сильно.
Честно говоря, очень расстроило, что Эбнер скрывал от меня Тео столько лет. Хотя, как скрывал: просто не говорил откуда они знакомы. Я ведь видел его. Общался даже раз или два, но и подумать не мог, что он тоже из того прошлого, от оков которого я никак не могу избавиться.
Но, когда Янка отпросилась часа на полтора в салон красоты, мы с Бломбергом не сговариваясь решили, что кафе напротив – удачное место поговорить.
И выход из салона видно, и народа не много. А у пива в Австрии вкус на любителя, но свежее оно – всегда.
– Скажу тебе честно, – начал я по праву старшего, – не ожидал, что правду придётся собирать по крупицам. Что, получив доступ к информации, что ждала меня почти двадцать лет, буду вынужден и после этого разгадывать какие-то шарады, а главное, сомневаться кто мне друг, а кто враг.
– На счёт меня можете не сомневаться, – скромно кашлянул этот невзрачный парень.
Несимпатичный, тусклый, непривлекательный внешне, но обладающий каким-то внутренним источником света или силы, рядом с которым хотелось находиться. В общем, было в нём что-то настоящее что ли.
– Это почему же не сомневаться? – уточнил я.
– Информация, которой я обладаю, могла бы свести на нет все ваши многолетние усилия. И усилия по поиску Яны тоже. Но до сих пор ни один человек не услышал её от меня.
Это была серьёзная заявка на то, чтобы я его послушал.
И я весь превратился вслух.
– Поиски Неандера Ноймара и его родство с Андреем Зверевым были фикцией от первого до последнего слова.
И видимо вопрос «Что?!» был написан крупными буквами у меня на лбу, хоть я и промолчал, потому что он спросил:
– Вы же знаете эту историю как один парень, увлечённый сокровищами Третьего рейха, искал клад, а другой – своих родственников по отцу?
– Да, – кивнул я. И даже возрадовался: ну хоть что-то я знал.
– Так вот.
