Послушно позволила тонкой ткани упасть на пол.
– Чего-нибудь хочешь? – он поцеловал меня в плечо.
– А что можно? – обречённо спросила я."
"– Тебе – всё, ведь ты моя жена, – его губы коснулись шеи. – Но правильный ответ: меня. А знаешь, чего хочу я? – загадочно зашептал он.
– Судя по всему, чего-то неприличного.
– Угу, – кивнул он и только что не облизнулся. А потом уложил меня на кровать. – Поласкай себя. А я подрочу.
Положил руку на возбуждённый член.
А мне казалось, что я перестала его стесняться. Но удовлетворять себя при нём… это было уже слишком.
– Нет, я не буду, – попыталась я подняться.
– Конечно, будешь, – мягко, но настойчиво опрокинул он меня снова. – Обещаю, тебе понравится. Иди сюда, – он наклонился и, подняв мою руку, облизал средний палец. Согнул в коленях, раздвинул ноги и положил между них мою руку. – Вот так.
Хотелось плакать. Хотелось провалиться сквозь землю. Но это последний раз – пообещала себе я.
– Можно, я буду смотреть на тебя?
– Конечно, – положил он мне под голову подушку.
– Вот сюда, – дал мне облизать член. И встал надо мной, растирая влагу по головке. – Давай, давай! Догоняй!
Оказалось, самое сложное было себя уговорить и начать, а потом пальцы уже принялись скользить сами. Вниз, к складочкам, вверх, увлажняя клитор. Вниз – вверх. А потом и это перестали – так всё стало мокро и склизко, что даже хотелось продолжать.
Его рука двигалась всё быстрее, и моя не отставала.
– Давай, давай, милая! – стонал он, не сводя с меня глаз. – А теперь засунь туда пальчик.
Глубже. Глубже! Ещё! А теперь потрись об него. Да! А теперь снова прими в себя. Сожми и вытащи медленно-медленно. А теперь снова клитор. А-а-а-а! – опустился, нет практически упал он на колени. – Не останавливайся. Я сейчас сделаю кое-что. Не зажимайся.
Он взялся за край матраса.
– А, а! – дёрнулась я, когда он погрузил палец во влагалище.
Но нет, это было не то. Он спустился чуть вниз, нашёл отверстие попки и осторожно засунул палец в него.
– Ещё! Ещё! Давай, давай, милая! – мягкими толчками имел он пальцем мою попку.
И в такт его движениям и скрипу матраса я стонала. Сжимала его палец и выгибалась ему навстречу, чувствуя неминуемую разрядку.
– А-А! – дёрнулась я, проваливаясь в оглушающее небытие.
И, сквозь уплывающее сознание и мучительные спазмы, сотрясающие тело, я увидела, как и его затрясло. Он кончил на меня, так больше к себе и не прикоснувшись. Только сокращались мышцы его живота, да тяжёлый набухший член сам извергал густое семя.
