– А вот такие глупости мне нравятся, – махал он руками, показывая, – пиратский корабль, по которому можно полазить. Шум волн, что можно послушать. Крики чаек. Песок. По нему можно пройтись босыми ногами. Разувайся, разувайся, не бойся, – скинул он свои туфли и носки, подавая пример.
– Холодный, – встала я босыми ступнями на песок."
"– А здесь какой-то специальный агрегат распыляет морскую воду. Кажется, словно дует солёный ветер, – восторгался он как мальчишка, потянул и поставил меня перед собой. – Не очень похоже, конечно, но, если закрыть глаза…
– Не знаю, мне не с чем сравнить, – прикрыла я веки, подставив лицо мелким брызгам.
– Но это классно.
– Точно классно? – развернул он меня к себе. – По тебе и не скажешь. Почему ты никогда не улыбаешься?
– А ты пытался меня рассмешить?
– Нет, этого я, увы, не умею, – хмуро сошлись его брови. – Я и сам, признаться, тот ещё весельчак. Но ведь был в твоей жизни хоть один счастливый момент?
– Был, – кивнула я. – Даже ноги подкашивались от счастья.
– Но ты, конечно, не расскажешь?
– Нет, – качнула я головой.
«Потому что он связан с тобой, Арман. Всё счастливое в моей жизни почему-то связано с тобой. А про тебя нельзя».
Он тяжело выдохнул, словно и не ждал ответа.
Странно, но он стоял так близко, а я ведь чувствовала себя уютно. Нет, хуже, я именно и чувствовала себя счастливой, хоть и не улыбалась. Вдыхала запах его тела, ощущала тепло, что от него исходило и хотела к нему прижаться. Но не к этому дорогому костюму.
А к атласной коже, упругим мышцам, скользнуть рукой по красивому животу. Чёрт, я помнила его тело. Его обнажённое тело так, словно он и сейчас стоял предо мной голый.
Его руки, срывающие с меня одежду. Дрожь, что его сотрясала, когда он навалился на меня. И мне было не противно и не страшно это вспоминать. Наоборот.
Мне было приятно, когда он касался меня пальцами. Там. Этому невозможно было противиться. И невозможно об этом не думать, когда он стоял рядом.
– Ян, почему? Почему ты мне ничего не сказала, когда пришла? – похоже, он думал о том же самом.
– Что ты просто принесла подарок? Что ты не девочка по вызову, которой заплатили, и которую я, между прочим, ждал. Я даже не понял, понимаешь, не понял, что нельзя.
– Прости, – опустила я голову. Как всегда, оказалась не в то время не в том месте.
– Да нет же, господи! – выдохнул он. – Это ты меня прости. Я пытаюсь тебе сказать, что я не дегенерат, не урод, не извращенец какой-нибудь.
