– Ему потребовалось… вопрос решить срочный, – обтекаемо формулирую я кошмар, происходящий в моей жизни, и Лиза кивает:
– Понятно. Отец, наверно, грузанул. Он это умеет. Но ты не переживай. Ты ему понравилась.
– Кому? Матвею?
– Да нет! Понятно, что ты Мотьке нравишься, иначе бы не привез тебя сюда, – смеется Лиза, – ты вообще первая, кого он с отцом знакомит!
Ого…
– Не знала, что ли? – Лиза пытливо смотрит на меня, – Мотя у нас на редкость переборчивый…
– Эм-м-м… А ты решила расслабиться? – перевожу я спешно тему беседы.
– Да… – машет изящной ладошкой Лиза, я отслеживаю это движение и про себя удивляюсь, насколько она не похожа на девушку, занимающуюся таким агрессивным видом спорта, – хотела прокатиться с другом верхом, а он что-то не в настрое сегодня.
– Да? – я, кажется, начинаю догадываться, про какого друга она говорит, напрягаюсь.
– Ага, – вздыхает Лиза, – приперся на конюшню, злой, как черт, Ветерка заседлал и свалил в далекие дали.
Когда-то давно я водила Димаса на конный спорт, надолго его не хватило, переключился на самбо… И теперь меня, кроме напряжения по поводу того, что увидел Дима, начинает мучить страх, вдруг, что-то случится сним? В таком состоянии ускакал…
– А разве это не опасно? В таком состоянии…
– Да нет, – пожимает плечами Лиза, – Ветерок его любит, сейчас, наоборот, погоняет, успокоится.
Непонятно только, какая пчела его куснула…
Знаю я эту пчелу…
Приходят массажистки, разговор прерывается.
Через час мы, совершенно разомлевшие, распаренные и ленивые, лежим в мягкой зоне у закрытого бассейна и пьем чай.
Я смотрю на роскошный вид из спа на открытый бассейн, поле, зеленое и ровное, с одной стороны, конюшню с левадой с другой.
Матвей не проявляется.
Дима тоже.
Надеюсь, они разговаривают. А не дерутся."
"Мы с Лизой тоже болтаем о каких-то совершенно незначительных вещах, и я ловлю себя на том, что мне легко с ней. Удивительное дело, эта девочка, по возрасту годящаяся мне в дочери, понимает меня, пожалуй, на том же уровне, что и Вера.
По крайней мере, суждения у нее неожиданно взрослые, и сейчас ничего нет от того взрывного подростка, которого она демонстрировала недавно за столом.
– У вас с Мотькой какая разница в возрасте? – спрашивает Лиза.
Вопрос не деликатный, но как-то так она спрашивает, без подвоха и наезда, что хочется ответить.
– Мне тридцать восемь, – говорю я, – скоро тридцать девять.
