– Ну офигеть, – присвистывает Лиза, – не зря пиявка так взбудоражилась!
Я никак не комментирую подпольное прозвище ее мачехи, хотя про себя отмечаю, что оно вполне точное. Эти большие губы, близко посаженные глаза, широкие модные скулы… Реально, на пиявку похожа, надо же…
– И… как тебе? – снова задает вопрос Лиза.
– В смысле?
– В смысле… Разница в возрасте чувствуется?
– Нет, – совершенно честно отвечаю я, – вначале я напрягалась… Да и сейчас напрягаюсь… Но Матвей… Он очень взрослый для своих лет.
А я, как выяснилось, иногда бываю инфантильной.
– Мотька такой, – кивает Лиза, – любит командовать. И, если что его, то уже фиг отпустит из рук. Так что смирись.
– Да я уже поняла, – смеюсь я, и, в приступе внезапной откровенности добавляю, – хотя, конечно, не представляю, что дальше будет… У нас в обществе, сама знаешь, когда женщина старше, осуждают. Вот несправедливость какая, да? Почему, когда мужчина старше, это нормально воспринимается, а когда женщина, то ужас? Неправильно!
– Да и когда мужик старше, тоже не особо хорошо принимают, – странным голосом отвечает Лиза, и я перестаю улыбаться, чувствуя за этой странностью какую-то историю.
– Случалось испытывать? – осторожно уточняю я.
– Бывало.
Лиза отворачивается, пьет чай, я смотрю, как чуть подрагивают тонкие пальчики.
Эта девочка… У нее что-то с моим Димасом?
И что-то уже было с кем-то, гораздо старше нее?
– Если что, я умею молчать, – говорю я спокойно. – Матвей не даст соврать.
– Да… – Лиза ставит чашку на стол, – говорить особо не о чем… Знаешь, первая любовь, несчастливая, все такое… Он на меня даже не смотрел никогда с таким подтекстом. Я всегда для него была дочерью друга… Ой…
Она осекается, понимая, что уже сболтнула очень много, делает страшные глаза, и я улыбаюсь и жестом показываю, что рот на замке.
– Не говори, ладно? Это все в прошлом уже.
Я киваю, хотя по глазам Лизы вижу, что все далеко не в прошлом. А очень даже в настоящем.
Я хочу спросить, пока у нас минутка откровенности, что у нее с Димкой, придумываю формулировку для вопроса, более-менее обтекаемую, и в то же время четкую, но в этот момент вижу, как вдалеке, со стороны поля приближаются к конюшне два всадника.
Вскакиваю в волнении, запахиваю халат и до рези в глазах всматриваюсь в прибижающихся.
– Ты чего? – удивленно поднимается тоже Лиза, смотрит в том же направлении, что и я, – это Димас с Мотькой.
