Очень уж подозрительно: сначала хозяйка умирает, а сразу после ее смерти дом сгорает. Что-то тут не так. Хотя Виктор объяснил: Марфа сестру обокрала, и та перенервничала до сердечного приступа. Но Петя хотел узнать, чего там на вскрытии выяснится. Да только – опля, – не трогали тело, так похоронили. Ну совсем мой Петя притих. Пришел домой и говорит: «Знаешь, Роза, нечисто там. Думаю, твоя подружка не своей смертью умерла. Но мне велено дело закрыть, написать, что смерть неподозрительная. У Шкодина много друзей высокопоставленных, они все и «замазали».
У нас дети, их кормить надо. Если меня с работы турнут, куда деваться?»
Роза Михайловна горестно вздохнула."
"– В общем, я ему ответила: «И правильно. Валюшу уже не вернуть, а жизнь нам испортишь, если поперек пойдешь. Пиши, как начальство приказало». Получается, она меня из колодца вытащила, много мне хорошего сделала, лучшей подругой считала, а я ее предала – испугалась, что Петю на улицу выгонят. Но сейчас трусить не стану, все выложу, что знаю. Для начала про драгоценности.
Луиза-то их не сразу носить стала. Не один год после Валиной смерти прошел, когда она серьги надела. У них примета есть: на застежке изнутри, там где петелька приделана, гравировка сделана – маленькая птичка. Она на всех Валиных цацках стоит в незаметных местах и такая крохотная, что если не знать, где искать, то и не найдешь. Матвей Петрович дочку звал «моя райская птичка» и, купив для нее драгоценность, нес ее к своему ювелиру, а тот ставил особый знак. Валя мне его на этих серьгах показывала.
Что, Луиза Ивановна, поскучнела? Не слышала ты о рисунке?
Антон встал и вышел из комнаты. Вдова посмотрела на Бориса.
– Принеси воды. Холодной. Со льдом.
Управляющий исчез.
Роза Михайловна заулыбалась.
– Ага, жарко тебе стало. Знаешь, рано или поздно правда всегда наружу вылезает.
– Мама, – сказал Антон, входя в комнату, – дай серьги.
– Зачем? – сердито спросила вдова.
– Я принес лупу, хочу посмотреть, есть ли на них клеймо, – пояснил сын Шкодина.
– Ты веришь деревенской бабе? – взвилась Луиза.
– Что происходит? Это мои вещи, подарок мужа!
– Покажи серьги, – потребовал Антон. – Валентина моя мать, пусть не ласковая, но родная, и я хочу знать, что случилось в этом доме много лет назад. Если нет гравировки, мы выгоним всех посторонних и продолжим жить как раньше. Но мне надо знать. Дай серьги. Иначе я сам их из ушей выдерну!
Луиза пожала плечами и протянула ему серьги.
– Смотри под застежку, – посоветовала молочница.
