Даже если представить на секунду, что он один раз изменил своей горячо любимой жене с вами и в результате появился ребенок, о котором отец знал, он бы сказал семье о девочке. Правда, Антоша?
– Вне сомнений, – подтвердил гомеопат. – И есть чисто физиологический момент. Сомневаюсь, что Виктор Маркович в силу возраста был способен как к зачатию, так и к акту, который надо проделать, дабы оплодотворить женщину. Он был очень пожилым человеком.
– Стоп! О какой городской квартире Шкодина вы, Алиса, говорили? – с запозданием удивился Юрий Петрович.
– Я вел все его дела и отлично знаю, что из недвижимости у академика был вот этот дом, коттедж в Испании на побережье, и все.
Алиса рассмеялась:
– Значит, адвокатам не все сообщают. У Вити большая жилплощадь в Москве в самом центре, на Арбате. Он там с женщинами встречался.
– Не может быть! – вырвалось у молчавшей до сих пор Луизы. – Неправда!
Гостья ухмыльнулась:
– Давайте договоримся: я скажу вам адресок, а вы хорошо подумайте. Если я не сообщу о местонахождении квартиры, вы не узнаете, где расположены дорогие апартаменты, и не продадите их.
А вы будете платить мне до восемнадцатилетия Юли алименты. Двести тысяч. Каждый месяц.
– Во дает! – восхитился Сергей Леонидович. – Неслабо!
– Столько Витя нам с дочкой отсчитывал, – пояснила гостья.
– Да никогда! – выпалила Нина. – С какой стати семье не пойми кому деньги давать?
Алиса отреагировала спокойно:
– Хорошо. Тогда я обращусь в суд. Потребую наследство, положенное Юлии.
Ей от всего часть отрежут. И от дома, где мы сейчас находимся, тоже.
– Уважаемая! – остановил ее Юрий Петрович. – Не советую затевать процесс. Вы и не представляете, в какую историю ввяжетесь. Разбирательство будет тянуться годы, потребуются немалые расходы, и вы все равно не получите желаемого.
– Ма-а-а-а, я писать хочу! – заплакала Юля.
Алиса не обратила внимания на ее слезы.
– Ничего, я подожду. А оплачивать все будете вы, потому как проиграете. Дочери положено наследство от отца.
– И вы еще с ней разговариваете! – поразилась Виктория. – Гоните наглую морду вон! Луиза, не молчите, это же ваш дом, сюда никто без приглашения и согласия хозяйки впираться не должен. Даже полиция не имеет права войти, если ордера нет.
– Госпожа Ведерникова, – ровным голосом продолжил законник, – суд потребует доказательств отцовства, слова «мы жили вместе» в расчет не примет. А у вас ничего, кроме них, нет.
Я на секунду удивилась и не поняла почему.
