Друзья или любовники? (СИ)

Дежурные цветочки на работе на день рождения и Восьмое марта я не считаю. Пусть стоят, глаз радуют.

Яр молчал, глядя в тарелку и задумчиво помешивая суп. Он так растерялся, что даже есть больше не хотел.

Цветочки эти, которые давно никто не дарил, парень, позвавший на свидание… Вроде бы какая-то фигня, ничем не отличается от прежних попыток Алины завязать отношения. Эпик фейл, как говорят геймеры. Но Яр почему-то волновался и… ревновал?

Да, это была ревность. Именно она кололась сотней маленьких иголочек и жглась крапивой, заставляя ёрзать и лишая аппетита.

Но что с ней делать, Яр не знал. Уж точно не предъявлять Алинке претензии — она ничего не сделала.

— Ты чего не ешь-то? — поинтересовалась Пирожок напряжённо. — Невкусно, что ли? Я на ужин ела, вроде нормально получилось…

— Нет-нет, вкусно, — тут же отмер Яр и засунул ложку в рот. Проглотил, почти не почувствовав вкуса, натянуто улыбнулся и ещё раз уверил: — Очень вкусно. Просто задумался.

— Опять Лиля учудила?

Да, правильно. Надо переключить на другую тему.

Хоть вот даже на Лилю. Почти бывшая жена теперь действовала на Яра, как ушат холодной воды.

— Можно и так сказать…

Если бы я не знала Яра миллион лет, я бы подумала, что он ревнует. Но этого же просто-напросто не могло быть! Значит, и правда чем-то заморочился помимо букетика, а вопросы мне задаёт, просто потому что беспокоится. Мало ли, вдруг опять встряну в историю? А с мужиком, который тебя без разрешения целует, а потом приходит на работу с виноватой мордой, можно очень даже встрять в историю.

Одно дело, когда человек не в курсе, где ты работаешь, но тут другой случай. Так что Яр, видимо, всего лишь насторожился, а ревность тут ни при чём.

Ишь, Алинка, размечталась!

А я вот ревновала. И признавалась в этом сама себе, пока пила чай, глядя на то, как Корнеев уничтожает сначала мой суп, а затем мою яичницу, троглодит эдакий. Он же описал мне наряд своей жены, и я легко могла представить Лилю, всю из себя такую прекрасную, которая решила заново покорить непокорного и обиженного мужа.

А раз Яр даже рассказал мне про Лилин образ — значит, впечатлился. На это и был расчёт. Пообижается ещё пару месяцев, а потом остынет.

«Ты сама в это веришь, Алин?» — почему-то фыркнуло моё подсознание голосом дяди Васи, Яриного отца, и я даже слегка вздрогнула. Верю ли я, что Яр остынет и простит Лилю? Не знаю. С одной стороны — да, а с другой…

Дядя Вася его такому точно не учил. И не одобрил бы, если бы Яр после предательства жены дал слабину.