Он и сам с удовольствием сходил бы на подобную выставку, о чём не преминул сообщить дочери.
— Мы можем съездить ещё раз! — закивала Соня обрадованно. — Всё тебе покажем! Да, Алин?
— Конечно, — легко согласилась Пирожок. Казалось, она вообще не страдала из-за того, что ей приходится возиться с Соней, чужим ребёнком, и относилась к ней исключительно ласково, ни капли не ассоциируя девочку с Лилей, на которую Соня внешне была похожа. Яр, глядя на то, как весело, задорно и непринуждённо переговариваются Алина и его дочь, понимал — на самом деле он всегда знал, что будет именно так.
Иначе и невозможно. Алина, с её добротой и терпимостью, должна была принять Соню, так же, как и девочка не могла не проникнуться своей новой знакомой. Соня тоже была доброй и чуткой, она чувствовала, что Алине и самой интересно с ней общаться, она не тяготится ею — и это, конечно, резко контрастировало с тем, как к Соне относилась Лиля.
То, что пыталась провернуть его почти бывшая жена при помощи полиции, произвело на Соню неизгладимое впечатление, и увы, не в пользу Лили.
Дочь ничего не говорила, но Яр ощущал, что её отношение к маме изменилось. Если до этого Соня любила Лилю безоговорочно, несмотря ни на что, как любой ребёнок, то теперь она стала разговаривать и особенно смотреть на свою маму с настороженностью, будто ожидая нового разочарования. И ни разу с того дня не выказывала желания самой позвонить Лиле — Яру приходилось напоминать про то, что с мамой надо бы поговорить.
Раньше такого не было. И пусть Корнеев отлично понимал, в чём причина, и осознавал, что иначе и не могло быть —при Лилиной любви к манипуляциям, в том числе собственной дочерью, Соня должна была со временем разочароваться в маме, как он разочаровался в жене сам. Но всё равно было неприятно и жаль дочь, которая в столь раннем возрасте столкнулась с пренебрежением и расчётливостью родного человека. Лилю ведь не смутило, что у её спектакля будет зритель в лице Сони, — видимо, потому что она по-прежнему считала дочь слишком маленькой, чтобы ценить её чувства.
Хотя… о чём Яр вообще думает? Вот он — большой мальчик. Разве Лиля брала в расчёт его чувства и эмоции? Нет. Возможно, она просто не умеет это делать. И вряд ли когда-нибудь научится.
После случившегося Лиля, кстати, присмирела. Больше не пыталась ничего провернуть, и у Яра было подозрение, что он должен сказать спасибо тестю и тёще.
