– Не могу… жар… там… пожалуйста…
Ее бессвязная речь послужила лучшим толчком к решающим действиям. Скинув халат, Север сразу же взялся за штаны. И замер, услышав тихое:
– Красивый.
Он повернул голову и посмотрел в лицо Влады. Та смотрела на его пах. Внимательно, не моргая.
У Севера от напряжения, казалось, сейчас лопнут вены. В висках стучало, кадык дергался. Избавившись от одежды, он осторожно вынул Владу из халата, который по-прежнему болтался на ней.
– Это ты у меня нереальная красавица.
Ее взгляд изменился.
Потеплел. Поплыл.
Север уложил Владу на постель, сам же накрыл ее сверху, удерживая вес на вытянутых и расставленных по обе стороны от ее лица руках.
– Смотри на меня, девочка.
Та, не разрывая их зрительный контакт, кивнула.
Север, сжав одной рукой член, немного задержал семяизвержение. Два толчка, и он был бы готов. Мало, ничтожно мало.
Осторожно раздвинув ноги Влады, он оказался между ее бедер. Рукой направил головку члена к влажным складкам. Толкнулся, войдя на сантиметр, не больше.
Влада прикусила губу едва не до крови, но взгляда так и не отвела. Возможно, на его лице или в его глазах было то, что цепляло девушку, что помогало ей справиться с волнением.
Что возбуждало ее.
Он проникал внутрь осторожно, растягивая ее. Она обтянула его, как новая перчатка. Идеально тесно. Безумно горячо. Кровь стучала в висках, напряжение достигло наивысшей точки.
Север относился к числу тех любовников, для которых степень удовлетворения партнерши была важна соотносительно важности девушки в его жизни.
Влада должна кончить, несмотря на боль, на разрыв девственной плевы, которую он сейчас чувствовал, уперся.
– Потерпи, милая.
Чтобы принять ее боль в себя, он подал тело вперед и накрыл губы Влады, заглушая приглушенный крик боли. Тотчас женские ноготки впились в его спину, вонзились, превращаясь в более острые когти, и расцарапали кожу в кровь. Он ликующе зарычал, проникая в тело своей пары по самые яйца."
"Влада выгнулась, ее грудь распласталась под его.
Тяжело дыша, девушка продолжала жадно, даже остервенело отвечать на его поцелуй.
А Север замер. Сдерживал себя, давал ей возможность привыкнуть.
Чтобы потом сорваться в новый путь, доводя их обоих до высшей точки наслаждения.
Сдвигались рамки, менялись их собственные миры. Двое людей соединялись, принимая друг друга такими, какие они есть. Это был не просто секс, не просто физический акт.
Это было знакомство.
Первое. Настоящее.
