Дурная

 – Видишь, милок, знакома твоя зазноба с нянькой сына то сваво.

– Дурдом, – в глазах мужика мелькнуло веселье. – Ну ребенок и ребенок. Чего скрывать то было, Чуча? Не сифилис же. А дети это цветы жизни. Ничего не имею против. Тем более, что у меня с этим… Ну…

Вот бывают же нормальные мужики. Чужих детей готовы принять, а этот мерзавец Боярцев своего отталкивает. При мысли о Лешке у меня в груди словно воздушный пузырь раздулся. Аж дышать трудно стало. Как он там? Я вздохнула и посмотрела на бабку, у которой челюсть вставная вот-вот готова была выпасть из отвисшей пасти.

– Барбосик, да нет у меня ребенка, клянусь. Ну что сделать, чтобы доказать? – снова всхлипнула красавица, пошатнувшись на метровых каблучищах. – Но, я тебя так люблю… Вот на все готова. Даже родить тебе, если нужно."

"Этим мы и займемся, прямо сейчас в лимузине, – хмыкнул мужик, нежно приобнял свою фемину за талию и повел к тяжелым дверям. Амбалы тенью скользнули за хозяином. Очень слаженно и тихо для своего телосложения.

– А мальчишку черту этому безрогому оставила?! – вредно проорала бабка вслед удаляющейся компании.

 – Вот они, современные кукушки. Нет, ну ты подумай. Поди за шубой новой этот бородавочник поволок поганку, ну сначала естественно того – этого. Понятно все, любовь что ли там думаешь взаправдашная? Фигушки, что там желать то можно? Сало в костюме за сто тыщ? Вишь, детей своих на что меняют. Эх. Ты за постреленком? – наконец повернулась ко мне бравая охранница.

Я кивнула и глаза вылупила, стараясь понять, как вести себя.

– Так нету его. Барин то с самого сранья увез мальца не знаю куда. Выпер на руках в одеяло завернутого. Живой ли был дитенок? Макарка то уж больно вспыльчив. Модельки евошные бегут из партаментов то толпами, роняя лабутены. А тут дите неразумное. Приложил, может, мальца, с него то станется поди с узурпатора. Я ему, здрасти Макар Федорыч, чуть не в землю поклон вдарила. А он так зыркнул, я малясь панталоны не попортила. Уууу, змий.

Мне показалось, что меня перевернули дурной головой вниз и со всей силы шарахнули ею о пол из мрамора.

– Мальчик тут был? – спросила я ошарашенно, совсем забыв о своей немоте.

– Так ты говорить умеешь? – прищурилась божий одуван, заставив меня поежится. Взгляд у бабки сейчас был как у НКВДшницы, ведущей на расстрел врага народа. – Смотри, прям день чудес сегодня, одна непорочность восстановила, другой прозрел, ты вон балакать начала. А может вы все тут просто мне бдительность усыпляете? Жулье.