Дурной ген

Зная, что всего через пару секунд в палату набьются доктора, медсестры и бригада кардиореанимации, мужчина быстро убрал руки от лица Мэдисон, сунул шприц в карман и опустил боковую перекладину кровати. Когда в дверях появились первые люди, он уже взбирался на кровать, чтобы начать массаж сердца.

— У нее фибрилляция! — крикнул, подбегая, кто-то.

— Знаю, — лихорадочно отозвался он и начал массаж, нажимая на грудную клетку Мэдисон.

Вокруг уже толпился народ, включая реанимационную бригаду, которая быстро перехватила инициативу.

Один из ее представителей залез на кровать, сменив предшественника, другие откатили койку от стены, чтобы можно было провести интубацию и затем провентилировать легкие стопроцентным кислородом.

Убийца попятился, освобождая место для реаниматоров. К этому времени в палате находилось то ли десять, то ли двенадцать человек, что дало ему возможность отойти в сторонку и двинуться к выходу.

— Разряд! — услышал он голос старшего группы.

Через миг раздался характерный треск дефибриллятора, и наступила краткая тишина, когда все смотрели на кардиомонитор в надежде, что сердце вернется к нормальному ритму.

Он-то знал, что этому не бывать и теперь способа спасти Мэдисон, вероятно, уже не существует. При передозировке хлоридом калия меры нужно принимать немедленно, и даже тогда они не обязательно приводят к успеху, к тому же у реанимационной бригады не было возможности определить, что проблема заключается в гиперкалиемии — избыточном содержании калия в кровеносной системе.

Он услышал, как старший реаниматор снова кричит: «Разряд!», и вышел в коридор, воспользовавшись тем, что все заняты оказанием помощи либо полностью поглощены наблюдением за этим процессом.

На главном посту очень удачно никого не осталось. Довольный тем, что ему удалось осуществить задуманное, мужчина устремился к лифтам. После тревоги, терзавшей его почти весь день, он почти физически ощутил облегчение, а еще — истощение, как моральное, так и физическое. Ему срочно требовалось выпить чего-нибудь крепкого.

Погода стояла прекрасная, и Джек получил возможность хотя бы несколько минут ни о чем не думать и не тревожиться: он просто наслаждался быстрой ездой, только ветер свистел в ушах под шлемом. Джек мчался по Вест-Драйв Центрального парка на своем относительно новом шоссейном велосипеде, сильно разогнавшись просто для тренировки. Потом он выехал на проезжую часть неподалеку от 106-й улицы и встретился с группой существенно более молодых профессиональных велосипедистов.