Дурной ген

Для этого ей пришлось научиться читать сводные ведомости, бюджеты и все отчеты городского совета Нью-Йорка и его всевозможных комитетов, а также материалы департамента здравоохранения и психогигиены. Ее до сих пор порой поражало количество документов, которые сваливались во входящую корреспонденцию.

Несмотря на стремление как следует делать свою работу, Лори все еще сомневалась, правильно ли поступила, согласившись занять нынешнюю должность. У нее только сейчас сложилось настоящее представление о масштабах политических аспектов ее работы.

Раньше она считала, что Бюро судебно-медицинской экспертизы, которое сотрудники называли между собой просто бюро, после своего основания в 1918 году боролось за собственную независимость, добилось ее и с тех пор имеет право свободно свидетельствовать о мертвых и за мертвых. Хотя по большей части так и было, сейчас Лори на собственном горьком опыте убеждалась, что мэр, который ее назначил, и городской совет, распоряжающийся кошельком ее ведомства, обладают весьма существенной властью. Чтобы противостоять этой власти, приходилось напрягать все силы — задача сложная еще и потому, что годовой бюджет бюро размером в 75 миллионов долларов служил постоянным искушением для города, которому вечно не хватало средств на другие, весьма перспективные проекты. Вдобавок ко всему, морг, где проводились вскрытия, нуждался в переоборудовании, на которое потребуются миллионы. Когда-то все в нем было устроено на самом современном уровне, но с тех пор оснащение изрядно устарело.

Помимо ставших вечной головной болью политических аспектов, Лори обнаружила, что ей недостает азарта личной вовлеченности в настоящую судмедэкспертизу с ответственностью за определение причин и характера смерти. Объективно Лори понимала, что лучше предоставить исследование примерно сорока высококвалифицированным патологоанатомам, иначе она рискует на собственной шкуре узнать, подобно своему предшественнику доктору Бингему, что каждый окружной прокурор, каждый начальник полицейского отделения, а также шеф пожарной охраны и все большие шишки, включая мэра, захотят, чтобы она лично занималась делами, в которых они заинтересованы, — ведь она в бюро главный авторитет.

Однако Лори пришлось принести в жертву профессиональный интерес, немного отойти в сторону и довольствоваться регулярными утренними обходами морга, которые она предпринимала неофициально, заглядывая через плечо подчиненным и задавая вопросы.