Два красавчика и Я

Наверное, из-за этого ему и дали настолько отпадную внешность. Должно же хоть что-то быть хорошее в человеке?

Я задумчиво смотрю в монитор. Мысли витают где-то далеко от работы.

Не знаю, сколько проходит времени с того момента, но из раздумий меня выдергивает голос Марка.

— Анна, прием!

Я вздрагиваю. Потом смотрю на начальника. Ну как? Как такой идеальный внешне человек может оказаться таким ужасным внутри?

Марк приподнимает бровь. Потом щелкает пальцами перед моим лицом.

— Мне вызвать людей в черном или братьев Винчестеров?

Я отмираю.

— Что?

— Ты сидишь и смотришь в одну точку, не реагируя. Я думал — похитили ли тебя инопланетяне, или твоя душа сама отправилась шляться по офису отдельно от тела?

— Простите. Я задумалась.

— Надеюсь, о том, что я предпочитаю на обед. Сбегай за едой. Пожалуйста.

— Хорошо, — произношу я, поднимаясь с места. Потом, стараясь не смотреть на начальника, направляюсьь в сторону лифта.

Он внезапно перехватывает меня за локоть, останавливая. Я вздрагиваю.

— Анна, — произносит он, внимательно глядя мне в лицо, — у тебя все в порядке?

Смотри-ка, как изображает из себя заботливого начальника! Неудивительно, что все девушки купились на это, и потом пострадали.

— Все хорошо, Марк Яковлевич, — сдерживая гнев, произношу я, — просто вспоминаю расписание ваших встреч. Простите, я могу идти?

Он разжимает пальцы. Судя по его лицу, Марк не верит мне.

— Иди, — коротко произносит он. Потом разворачивается и исчезает в своем кабинете, захлопнув дверь.

Я задумчиво продолжаю путь.

Все оказывается еще хуже, чем я раньше представляла!

Эпизод 8

Эпизод 8

Возвращаться в офис, к Марку, мне не хочется. Мешает ужасное чувство после разговора с Кристофом — будто меня помоями облили.

Однако, сдаваться так просто я не собираюсь. Мне нужно выплатить долг и точка. Хочешь затащить меня к себе в постель? Попробуй! Попробуй добиться этого, а я буду изо всех сил строить из себя неприступную крепость. И, может, иногда давать надежду, чтобы начальник не заподозрил чего-то.

Видимо, я думаю слишком громко, или мое лицо оказывается слишком говорящим, потому что стоит мне зайти в кабинет, как Марк, несколько натянуто ухмыльнувшись, поворачивает ключ в двери и закрывает нас.

— Эээ…

— Поговорим, Анна? — предлагант он, указывая на кресло, — присаживайся.

Хорошо, что разговор начинается именно с просьбы присесть, а не с просьбы раздеться.

Я осторожно сажусь, чувствуя, как колотится сердце.

Марк складывает руки на груди и смотрит на меня.