Лодка стояла на ремонте, а они пили и ходили в самоволки, поэтому на хорошую характеристику рассчитывать не могли. В результате, после долгих раздумий, с помощью писаря сделали дубликаты ключей от сейфа капитана и вытащили оттуда бланки с печатями. На них сами себе написали направления на учебу и характеристики.
Наступал вечер воскресного дня, мне надо было возвращаться домой. Вовка проводил меня до поезда, на платформе Московского вокзала мы встретили еще одну нашу одноклассницу Таню Бойцову, и до отбытия поезда обсуждали, кто и где из нашего бывшего класса сейчас трудится или учится.
На прощание мы с приятелем обнялись. Сейчас я даже не мог предположить, когда мы с ним увидимся. Моя жизнь теперь шла совершенно в ином ключе, и что будет дальше, можно было только гадать. Оставалось только надеяться, что я слишком малая «бабочка» в масштабе мира и моя самодеятельность не на много изменит эту реальность.
Утром, когда я появился дома, родители уже позавтракали и одевались в прихожей, Но подарок маме я успел вручить.
Она чмокнула меня в щеку и унеслась на работу. Батя нейтрально поинтересовался, как я провел время, и тоже ушел.
Я разделся, прошел на кухню и налив огромную кружку индийского чая, ловил кайф от приезда домой.
— Может послать все дела на хрен, и завалиться спать, — пришла малодушная мысль.
— Нет, ржавчина Москвича стучит в моем сердце! — мысленно переделал я клич Тиля Уленшпигеля. — Надо доделывать машину. Буду ездить на работу и учебу. Сколько времени сэкономлю! Батя все равно без прав.
Так что хрен ему, а не машина. Да и дачи у нас пока нет.
Тут мои беспорядочные мысли закрутились именно вокруг дачи. Идея ее приобретения не выходила у меня из головы, пока переодевался, чтобы отправиться в гараж. Я уже закрывал дверь за собой, когда зазвонил телефон.
— Может, не брать трубку? — мелькнула мысль. Но подумав, отбросив ее в сторону подошел к телефону и поднес ее к уху.
— Добрый день, могу я услышать Александра Юрьевича? — прозвучал в трубке незнакомый мужской голос.
— Это я, здравствуйте.
"
"— Александр Юрьевич, Меня зовут Максим Игоревич. Я парторг партийной организации треста ресторанов и кафе. Хочу поинтересоваться, почему вы до сих пор не встали у нас на партийный учет, как должны были сделать еще месяц назад? Если бы товарищ Незванцев не сообщил мне о том, что вы коммунист, я так бы и оставался в неведении об этом факте. К вашему сведенью у нас имеется такое понятие, как партийная дисциплина, которой должен следовать каждый коммунист.
