Она его жалела. Помогала и ему, и его матери. До самой своей смерти. Только все ее заботы были напрасны, он опять угодил в тюрьму. С кем-то подрался, кажется. Такие люди неисправимы.
– Сергей Сергеевич знал о его существовании?
– Разумеется. Виктор бывал у них в доме на правах друга детства. Разумеется, нечасто. Он понимал, что своим присутствием ставит Лиду в неловкое положение. Я видела его всего один раз, в Лидочкин день рождения. Он заехал ее поздравить.
Примерно в этом месте меня озарило, и я задала вопрос:
– У вас есть фотографии Лиды?
– Да, конечно.
Максим все бережно хранит…
– А можно на них взглянуть?
Ирина Викторовна чуть поморщилась, однако поднялась и, не говоря ни слова, покинула комнату.
Не было ее довольно долго. Я слышала, как она с кем-то разговаривает по телефону, и начала беспокоиться, как бы она не забыла о моей просьбе.
Наконец Ирина появилась с толстенным альбомом в руках.
– Подруга позвонила, – сказала она виновато. – Напомнила, что мы сегодня встречаемся…
– Я много времени не займу, – заныла я.
Она села рядом со мной и открыла альбом.
Максим Иванович в младенчестве умилял, но особого интереса не вызвал. Так же, как крошка Лида. Половина альбома сплошь детские фотографии, их я пролистала быстро. Далее пошли юношеские фото Лиды, а потом и свадебные. Жених и невеста абсолютно счастливы, как им и положено. Лида красавица, да и Сергей Сергеевич в те времена выглядел симпатягой, девушки таких любят. Мое внимание привлекла фотография, на которой Лида стояла в компании мужчины, которому она делала «рожки».
– Это не тот самый друг детства? – спросила я, Ирина Викторовна к тому моменту к фотографиям уже охладела и тоскливо поглядывала по сторонам.
– Дайте-ка взглянуть, – сказала она и придвинула альбом. – Да, это он.
Я торопливо пролистала альбом до конца и обнаружила еще одно фото с Виктором. На фотографии он был с Лидией и пожилой женщиной в цветастом платье.
– Это кто? – спросила я.
– Наверное, его мать. Они во дворе дома, где когда-то жил Максим.
Начав заниматься бизнесом, он купил родителям квартиру в более подобающем месте.
– Адрес вы знаете?
– Сосновая, дом десять. Когда он знакомил меня с родителями, они еще жили там. И этот Виктор наверняка оттуда не уехал. Если, конечно, не продал квартиру, а деньги не спустил.
– Ваш муж наверняка помнит его фамилию, они ведь долгое время были соседями.
Лицо Ирины Викторовны приняло страдальческое выражение.
– Танечка, – заговорила она.
