Две правды и одна ложь…

Когда Эмма и ее приемные братья и сестры гонялись друг за другом вокруг стола, поднимая невообразимый шум, доктор Суини почему-то не ругала их.

– Пожалуйста, оставайтесь на линии, – произнес мужской голос.

У Эммы бешено заколотилось сердце. В трубке звучала фортепианная музыка.

– Кабинет доктора Роуза, – раздался женский голос.

– Могу я поговорить с доктором? – деловито и с некоторым нетерпением произнесла Эмма.

– Нет, его сейчас нет на месте. Оставите для него сообщение?

– А с кем я говорю? – спросила Эмма.

В трубке послышался отчетливый вздох.

– Это Пенни, медсестра доктора Роуза, – ответили ей наконец.

– Я – доктор Кэрол Суини из Тусона, – выпалила Эмма. Она говорила горячо, словно перед ней стоял вопрос жизни и смерти. – К нам только что поступил пациент по имени Тайер Вега. Он в плохой форме.

– В плохой форме? Что вы имеете в виду?

Эмма почувствовала укол вины. Она ненавидела наглую ложь.

– Он… э-э… без сознания, – продолжала Эмма. – Мне нужно знать, когда он покинул вашу клинику.

Медсестра громко вздохнула.

– Минутку. – Ее пальцы застучали по клавиатуре компьютера. – Ага. Тайер Вега прошел курс лечения и вопреки предписаниям врача выписан двадцать первого сентября этого года. Еще раз, как вы сказали, вас зовут? В какой больнице вы работаете?

И кто ты, по-твоему?

– Сегодня вечером ожидается что-то феерическое, – сказала Шарлотта, когда в пятницу утром они с Эммой брели по коридору научного крыла школы «Холли». Пахло горелыми химикатами и газом от бунзеновских горелок.

 – Корнелия колдует над какими-то потрясающими блюдами. Встретимся у меня дома, поужинаем, соберемся и поедем готовить тайную вечеринку. Звучит неплохо?

– Увидимся! – пропела Шарлотта, когда они свернули в крыло иностранных языков, чтобы разойтись по классам. Шарлотта поспешила на испанский, а Эмма вошла в кабинет немецкого. На доске остались меловые разводы, сквозь которые проступали обрывки спряжения глаголов, и рядом кто-то нарисовал хмурого тощего человечка, над головой которого было написано: «МЕЧТАЮ ОКАЗАТЬСЯ ГДЕ УГОДНО, ТОЛЬКО НЕ ЗДЕСЬ».

В воздухе витал слабый запах клея. Эмма заметила Итана, сидевшего в самом углу. Он взглянул на нее и быстро отвел глаза. В ее душе что-то дрогнуло.

Фрау Фенстермахер еще не пришла, поэтому Эмма подошла прямо к Итану и встала рядом, но он демонстративно не смотрел на нее.

– Нам нужно поговорить, – наконец произнесла она твердым голосом.

– Я так не думаю, – сказал Итан, по-прежнему глядя в окно.