Две руки потентата (СИ)

— Ты прав, нам нужно готовиться к следующей!

— Готовились к войне пять лет, и как всегда в России бывает, оказались не готовы к ней, хотя старались, как могли. Но наше участие на первом плане пока не предусматривается, найдется, кому воевать и помимо нас. Так что в бой «старики» не пойдут — ни люди, не корабли. По крайней мере, сейчас…

Вирениус тяжело поднялся из кресла — все же болезнь начала о себе давать знать, да и раны с контузиями начали сказываться. Но он продолжал работать и «тянуть лямку службы», как сказали в былое время.

Ибо сам прекрасно понимал, что стоит дать слабину, начать себя жалеть, как все, хана — придет старческая немощь в 61 год, а за ней и смерть. Но большую часть отводил медицине, и на этом поприще добился больших достижений — вернее не сам, а «спрятавшись» за Бунге. Впрочем, и его самого считали невероятным врачебным светилом сами монархи, по крайней мере, Вилли и Сандро. Без ложной скромности можно сказать, что его «панацея», а так назвали пенициллин, который удалось сотворить через пять лет напряженной работы, показал себя великолепно, но пока массового производства еще не началось, хотя с немцами удалось договориться по всем пунктам. Да и принцу Генриху оказал услугу — долго обследовал его среднего сына, который чудом не получил гемофилию от матери, провел длительный курс «лечения», общеукрепляющего, конечно, а нервного отца заверил, что произвел профилактику этого опасного заболевания, и за судьбу отпрыска можно не беспокоится. А еще лечил, действительно вылечил от одной женской хворости императрицу Августу, к посрамлению ее лейб-медиков, которые смотрели на него вытаращенными глазами, а после продолжительной беседы стали чуть ли не тянуться как юнкера перед заслуженным полковником. Все же у немцев чинопочитание в крови, а тут он им продемонстрировал профессионализм.

На что только не пойдешь ради укрепления «союза двух императоров». Да и личные связи не помешают — Генрих Прусский сам сказал, что «должен» лично ему, а Вилли наградил орденом Черного Орла.

Грех на жизнь и карьеру жаловаться — Сандро остался ему другом, хотя и стал императором Всероссийским Александром IV Михайловичем, а его супруга императрица всячески выказывала свою приязнь, взяв жену и дочерей адмирала в свиту и сделав «кавалерственными дамами». Но старшие девочки пошли по ниве Эскулапа, а младшая училась в гимназии.