Две руки потентата (СИ)

Догнать на всем Тихом океане их никто не мог, но в следующем году войдут первые британские «линейные» крейсера, которые таковыми не являются по большому счету — двенадцать 234 мм орудий при 25 узлах. Со смертью Фишера никто не думал заморачиваться, привыкли, что крейсер всегда меньше броненосца, а потому несет меньшие по калибру пушки, но имеет большую скорость.

Зато практичные немцы предложили использовать снятые с броненосцев и «богатырей» башни с парой 152 мм пушек в каждой. А заодно надолго загрузить работой русские верфи, на которых за пять лет построили четырнадцать броненосцев береговой обороны, используя проект самого императора Александра Михайловича — уменьшили водоизмещение до четырех тысяч тонн, а толщину главного пояса с семи до пяти дюймов.

Башни установили по ромбической системе, с бортовым залпом в шесть пушек. Добавили дюжину 75 мм пушек — нужно было их куда-то деть, а тут почти две сотни стволов пристроили. А потому постройка каждого обошлась вдвое дешевле, чем рассчитывали в «богоспасаемом отечестве», и в МТК адмирал Макаров серьезно задумался об эффективности работы кораблестроительных заводов…

Последние британские броненосцы типа «Нельсон» с устрашающим числом орудий и бронированием, спокойно державшим попадания двенадцатидюймовых снарядов даже с близких дистанций.

К четырем 305 мм пушкам добавили вместо среднего калибра второй главный из десяти 234 мм орудий. Так как в этой истории закладку «Дредноута» адмирал Фишер не «продавил» в виду своей «преждевременной кончины», то прогресс был «приторможен». Тем более в САСШ сгорело бюро, что разрабатывало чертежи так и не заложенных «мичиганов». Бывает — пожары они такие, и кое-кто из огня не успел выбраться. А потому в Англии решили вместо двух построить восемь «Нельсонов» — с восемью «кингами» они составили главные силы Гранд Флита, способные раздавить кайзерлихмарине, что осмелился бросить вызов…

— Сандро, можно понаделать всяких «ништяков», но такой вот прогресс — подводные лодки, аэропланы, утыканные пушками дредноуты, ядовитые газы и пулеметы — ничем хорошим для всего человечества в целом, и для России в частности, не закончится.

Это путь в никуда!

Андрей Андреевич задумчиво посмотрел на императора, закурил папиросу, устало вздохнул. Порой, когда у них выпадал вечер для отдыха, он ему рассказывал о будущих временах, которые всего за одно столетие изменили мир до неузнаваемости.