Две руки потентата (СИ)

Но сейчас даже матерые дипломаты Форин Оффиса недоумевали, и были не в состоянии ничего поделать — неожиданно сложившийся после недавней дальневосточной войны германо-русский блок оказался не просто крайне враждебно настроенным к Британии, но стал втягивать в свой альянс все более-менее сильные государства Европы. Первой оказалась Австро-Венгрия — понятное дело, что для старого кайзера Франца-Иосифа нашли доводы, к тому же подобный «союз» уже был раньше.

Политика Англии всегда направлялась на альянс с теми странами, что имели сильную армию, и такой оставалась только Франция — потому и было заключено «сердечное согласие» с историческим врагом.

Такое было и полвека тому назад, когда удалось сокрушить Россию в войне, которую сами русские именуют «Крымской».

Но сейчас прежняя стратегия и политика не сработали — против Британской империи объединился весь континент, а те страны, что рискнули поддерживать Лондон в первые месяцы, теперь стали его врагами. Слишком поучительным оказался пример Бельгии, страны, которая лишь в 1815 году появилась на карте Европы, благодаря настоянию британского правительства.

Теперь ее нет — «лягушатники» сами отказались от «Антанты» — угроза вторжения пятимиллионной германо-российской армии деморализовала Париж, и лишило его стойкости сражаться за интересы Лондона.

— Подлые предатели, они еще поплатятся за свою измену, — пробормотал Уинстон Черчилль, не испытывая, впрочем, уверенности. Франция выступила неожиданно — сразу после отказа Бельгии присоединиться к «континентальному альянсу», Валлонию немедленно заняли французские войска.

А с другой стороны кайзер выставил Голландии ультиматум — или вступить в их «союз» и получить Фландрию с Антверпеном от упраздненной Бельгии, либо быть включенными в рейх насильно, с той же Фландрией и отнюдь не на правах вассального королевства. Понятно, что голландцы объявили войну Англии, сообразив, что ее перспективы крайне туманные.

И вот тут в Лондоне даже самые тупые депутаты палаты общин осознали, что «континенталы» решили разорвать на клочки огромную колониальную империю, на которую все «облизывались», только боялись даже косо посмотреть в сторону «владычицы морей».

— Негодяи, они заплатят за это, и они будут лобзать нам руки!

Черчилль был взбешен, но мыслил хладнокровно — сейчас невозможно повернуть историю вспять, и сокрушить врагов поодиночке. И даже старый способ захвата колониальных владений противников не сработал.