Она поднялась и, утерев лицо, произнесла:
— Я дура. Что надо делать?
— Оставь свое копьецо — мы потом за ним вернемся. Возьми мой лук. И колчан — мне теперь не с руки его нести. Ступай впереди нас на интервал, шагов в десять, не больше и не меньше. Следи по сторонам и стреляй, если увидишь что-то подозрительное! Только не в нашу сторону… Я понесу Угара.
— Но он же такой тяжелый!
— Не тяжелее тебя. Носилок не предусмотрел. Вдвоем тащить будет неудобно. И, кто-то должен встретить эту пантеру, если ей вздумается вернуться и продолжить знакомство?
Она взяла в руки оружие и с сомнением произнесла:
— Но я не смогу…
— Сможешь.
Как увидишь врага — так и натянешь. Все, Ната, хватит. Ты падала в обморок, когда мы убегали от нелюдя, ты теряла голову при затмении. Но ты также сумела выжить — совершенно одна, и никакие страхи не смогли с тобой справиться. Ты еще не знаешь своих сил или не веришь в них. Пришло время доказать себе, что ты способна не только плакать… но и убивать, если понадобиться.
Бери лук! Теперь ты не девушка — ты воин! И твоя задача — охранять нас с Угаром от неожиданного нападения! Вперед!
Она поднял мешок, забросила его на спину и ухватилась за середину лука.
— Тетиву не держи все время натянутой — она так ослабнет. Да и долго ты ее не удержишь. Неси стрелу в той же руке, что и лук — так быстрее изготовишься к стрельбе. Пошли!
Я быстро осмотрел пса — перевязывать его сейчас нет смысла.
Нужно промыть раны, наложить швы. В подвале это гораздо сподручней. Следовало взять его так, чтобы причинить как можно меньше страданий. Нести Угара было все же легче, чем ту же Нату — я мог забросить его на загривок, ухватив за передние и задние лапы. Кровь из ран, оставленных кошкой, заливала воротник и шею… Он иногда вздрагивал — мне приходилось прыгать или слишком быстро идти. Я торопился — такое с нами впервые! Никто и никогда еще не пытался напасть на нас, на нашей собственной территории, не считая давно не появляющихся воронов.
Если эта тварь здесь не одна — последствия второй подобной схватки могут оказаться самыми плачевными… А я-то полагал, что куда большая опасность исходила от жуткого «льва», встреченного мною на краю желтых песков. Вся моя уверенность, что кроме нас, в городе больше никого нет, моментально пропала.
