Двое среди руин

Она целовала меня, осушая слезы губами…

— Я уже совсем отчаялась…

— Теперь все будет по-другому…

Она всхлипнула в последний раз и улыбнулась — тепло и радостно.

— Так не бывает… Кто ты? Как тебя зовут?

— Мое имя — Дар. И ты — первая, кого я увидел… За очень много времени после землетрясения.

Она меня не слышала — девушка просто внимала звукам моего голоса, не вдаваясь в смысл. Я чувствовал, что через мгновение не выдержу — закричу или забьюсь в истерике…

Она печально склонила голову и, помолчав немного, вновь устремила на меня глаза.

— Дар…

…Что все сокровища мира? Что возможность жить в неге и праздности? Что все, чем гордилось и что почитало человечество? Я мог отдать все знания и все драгоценности земли, только за взгляд — тот, который девушка дарила мне. Я задохнулся от нахлынувших чувств — и, не затрудняя себя более поисками слов, сжимал эту девушку-подростка. Несмотря на разделявшие нас слои меха и ткани, я слышал, как бьется ее сердечко — и выше этого не было более ничего!

А вокруг возносились хмурые груды домов, лежали серые камни и бурая, покрытая пеплом земля.

Ната оторвалась от моей груди — я продолжал гладить ее волосы. Она облизнула губы. Я, даже не задумываясь, хочет ли она того, еще раз привлек ее к себе. Она чуть дернулась — я смутился и отодвинулся от девушки. Ната посмотрела на меня так пристально, что я почувствовал неловкость и желание отвести глаза в сторону.

— Ты… Настоящий?

— Не похоже?

Она сглотнула и тихо добавила:

— Нет… Просто, я уже не верила.

Я сразу понял — ей, отрезанной водой от остальной части города, было еще труднее переживать одиночество. Если я имел возможность покидать свой подвал, то ей остров стал и убежищем, и заточением… Девушка дотронулась до шеи и жалобно сказала:

— Болит…

— Что с тобой?

— Ударилась недавно, прячась от птиц.

— Покажи.

Она доверчиво подставила мне головку — я положил пальцы на тонкую шею и слегка помассировал. На ощупь все было в порядке, но в одном месте обнаружился небольшой желвак. При прикосновении к нему она чуть охнула и дернулась.

— Здесь?

— Да. Только не трогай, пожалуйста.

— Я и не трогаю.

Противореча собственным словам, я осторожно коснулся бугорка еще раз.