Двойная взлётная

Жребий кинули, кто за мной пойдет?

Вот кто меня опять тянет за язык? Крис, сука, стой и молчи. У тебя была прекрасная ночь, фантастический секс утром, до оргазма, что рвал на части. Все, хорош язвить, не нарывайся на «комплименты».

Молчу. Но так тянет ответить.

Запрокинув голову, смотрю в его лицо, вода стекает по телу. Он охуительно красивый, опасный, богатый, наглый, свободный, как дикий зверь в прериях. Я ведь еще не все мозги себе вытрахала, я понимаю, такой мужик не для меня.

Не для девочки из маленького городка на берегу Волги, разведенке, живущей на съемной квартире.

Потом будет больно, страшно больно, это не Коленька, который лишь плюнул в душу, эти порвут ее в клочья, не соберу.

— Твои извинения приняты.

Улыбается, но так не по-доброму, больше похоже на оскал. Не любит, да, когда им пользуются? Думаешь, я люблю? Никто этого не любит. Резко поднимает руку, сдавливая шею, дергаюсь назад, но хватка железная, а зрачки снова расширены.

— Считай, что я этого не слышал.

Думала, ударит, Коленька пару раз позволял себе такое, ненавижу таких ублюдков, сразу бы в асфальт закатывала. Но он лишь притянул к себе и, вновь царапая щетиной, провел языком по щеке.

— До встречи, птичка.

— Магнитик привезла?

— Нет. Это же не Греция.

— Из Греции у меня есть, а вот из Магадана нет.

— Какие твои годы, еще успеешь побывать в этом живописном месте.

Жанка пьет кофе, смотрит в окно, я собираю документы в кучу, надо сдать отчет, получить новый график.

— Видела твоих пассажиров. Красавчики, конечно, у меня чуть челюсть на пол не упала, когда за ними «Ягуар» приехал. Кто такие?

— Не знаю. Не общались, — отвечаю, даже несмотря на Жанну.

— Совсем? Как-то мне в это не верится. Бухали, что ли?

— Спали, ели, кино смотрели.

Даже не хочу продолжать разговор о своих пассажирах и до скрежета зубов не хочу вспоминать обратный полет. Хотя все прошло именно так, как я и сказала: ели, спали, кино смотрели.

Все восемь часов физически чувствовала напряжение — от них, от Курапова, который объявил мне бойкот.

Игорь тогда зажал у бара, испуганно, по инерции посмотрела в сторону кабины. Он улыбнулся, но не отпустил. Хотелось ответить, что это не его дело, но прикусила язык. Провел рукой по шее, накрыв пятерней собранные в пучок волосы, с силой сдавил его.