Двойной латте в дождливый день

– Рада приветствовать вас всех, мои дорогие гости, на моем торжестве, – она лучезарно улыбнулась, и все гости разразились бурными овациями.

– Боже, в свои семьдесят восемь я мечтаю выглядеть так же потрясно, как она! – восторженно прошептала я Рэйдену, который сидел рядом со мной за круглым столом. Он был одет в белые льняные брюки и рубашку с закатанными до локтей рукавами. – Да что там, я даже в шестьдесят была бы не против выглядеть, как миссис Клейтон!

– Спасибо, что вы почтили меня своим визитом, – продолжила миссис Клейтон, стоя по центру шатра.

 – Пусть мне натикало уже много годиков и каждый день рождения приближает меня к дражайшему покойному Джонатану… – На этих словах она тепло улыбнулась, словно говорила не о смерти, а о долгожданной встрече. – Но этот день – прекрасный повод собрать вас вместе, мои любимые и дорогие люди. И этот праздник я посвящаю в первую очередь вам!

Мы снова зааплодировали, и миссис Клейтон села за главный круглый столик рядом со своими подругами из клуба.

Музыканты, разместившиеся в дальнем углу, заиграли спокойную мелодию, и в шатер стройными рядами вошли официанты, разнося горячие блюда.

Кроме меня и Рэйдена, за нашим столом сидели Уилл, Мелани, мистер и миссис Вэнс и незнакомая мне женщина сорока лет с коротко стрижеными каштановыми волосами. Она о чем-то оживленно беседовала с мистером Вэнсом.

– Кто она? – спросила я у Рэйдена так тихо, чтобы никто не услышал.

– Это Дебра Уоллинг, племянница Джонатана Клейтона, покойного мужа бабушки.

Я замерла, задержав вилку со спагетти в соусе болоньезе на полпути ко рту.

– Ресторанный критик? – почти беззвучно спросила я.

Рэйден кивнул и в приободряющем жесте погладил мою коленку под столом.

– Мелани, это была твоя идея украсить шатер живыми цветами? – поинтересовалась миссис Вэнс.

– Идея принадлежала Айви, а Рэйден позвал меня для ее реализации. – Мелани пригубила бокал шампанского и подмигнула мне.

– Я слышала, вы готовили праздничный торт? – миссис Вэнс переключила внимание с Мэл на меня, и прямо как в замедленной съемке материнская нежность, отражавшаяся у нее на лице, сменилась надменной пренебрежительностью.

Я постаралась не принимать это близко к сердцу и с вежливой улыбкой кивнула. Услышав про торт, Дебра Уоллинг посмотрела на меня с явной заинтересованностью, отчего кончики пальцев у меня на руках похолодели.

– Что ж, надеюсь, вы справились с этой задачей, – сказала она и сухо улыбнулась.