Сцепляемся и тут же разлетается по края ковра. Кружим, кружим.
Но даже спарринг не помогает мне избавиться от бесконечных диалогов с соседкой в голове. Прям хоть в нокаут напрашивайся!
Ладно… Что сделано то сделано. Я — отец двоих детей. К чему рефлексия?
Пропускаю пару ощутимых оплеух от юнца и, смешав все свои психи в кучу, луплю молоденького опера, словно боксерскую грушу.
Успокаиваюсь, только уложив парня на лопатки.
— Товарищ капитан… — ноет он подо мной. — Ну вы и зверь. У меня свадьба через неделю. Хорош я с такой мордой буду? Тренировка же!
Сдергиваю беспалую перчатку и подаю ему руку, помогая встать.
Разбиты губы, подбить скула…
Действительно, нормально пацана уделал.
— До свадьбы заживет, Харитонов, — хмыкаю. — Или у тебя при задержании бой тоже будет тренировка?
— Ну я в спецназе то, как вы не служил. У меня только школа полиции…
— Бумажки там вам только учат перекладывать! — Шикаю в ответ. — Свободен! Все свободны!
Принимаю душ и тоже собираюсь домой.
Последние сутки в отделении тихо.
Рождество оно обычно как-то порядочнее всех праздников походит. Скромные выезды к прорубям на освидетельствование смерти сердечников не в счет. За много лет ничего не меняется. Так чего душу рвать?
С пустыми руками приходить к детям неловко. Ну вот такое оно воспитание! Поэтому вместе с таблетками от головной боли для себя, я покупаю в аптеке две грелки в виде белых плюшевых зайцев для пацанов. Провизор клянется, что это спасает детей от коликов.
Решаю не уточнять, что это за еж такой «колики», и просто оплачиваю.
Алина разберётся.
На нервах лихачу и нагло врезаюсь в поток машин на кольце, едва не поймав тачку в бочину. Какофония сигналов немного отрезвляет, заставляя следить за дорогой.
И пока доезжаю до дома, я решаю, что лучше все жизненно важные вопросы все-таки отложить на утро.
Я после суток. Злюсь. Вспыхиваю от любого слова поперек.
Только разругаемся с соседкой окончательно, а нам так то ещё детей растить.
Пусть Алина получит свидетельства, перебесится, осознает этот факт.
Хочет — на алименты подаёт. Попробует мужика на меня своего натравить в конце концов. Заодно проверю на прочность его «яйца»… Совершенно, так сказать, бесплатно!
Я снова манипулирую? Немного. Прекрасно понимаю, что против меня соседка никогда не попрет.
Поднимаюсь на этаж, достаю из кармана ключи и вдруг понимаю, что на площадке пахнет гарью.
Давление подскакивает, а с таким трудом отключенная голова, начинает соображать с двойной скоростью.
