Он действительно соскучился… Перевела взгляд с лица ниже, на измятую рубашку, на его руки, лежащие на ремне брюк и снова посмотрела в глаза. Кажется, дверь я не заперла… Денис шагнул ко мне, и я, чуть попятившись, вжалась в край стола. Судорожно выдохнула.
— Денис Васильевич… — коснулась воротничка блузки, поспешно оправила край. — Денис Васильевич, ну что Вы…
— Анечка… — пряжка ремня потихоньку звякнула. Оказавшись рядом, он тронул мои пальцы, неспешно провёл ладонью до локтя и резко, почти грубо сжал. Держал, гипнотизировал взглядом.
— Ты же будешь хорошей девочкой, правда? — второй рукой приподнял мою голову за подбородок. — Будешь?
— Даже не знаю… — глядя ему в глаза, медленно облизнула губы. — Можно… можно я подумаю?
— Вряд ли, — тронул нижнюю, чуть оттянул. — Боюсь, что командировка в самом деле была слишком долгой…
Я поймала его палец ртом. Прикусила самый кончик и тут же тронула языком. Лизнула, прикусила снова и вобрала глубже.
— Что ты со мной делаешь? — просипел Дэн и, отпустив мой локоть, принялся срывать с меня блузку.
Кажется, на этом игры закончились. Мелкие пуговицы полетели на пол, ударились мелкими горошинами и затихли. Ладони Дениса оказались на моей груди, губы заскользили по шее, изучая, лаская. Выгнувшись навстречу, я подставляла ему себя, своё тело и душу. Услышала негромкие шаги и, приоткрыв глаза, посмотрела на дверь.
Привалившись плечом к косяку, на пороге стоял Антон и смотрел на нас. Пристально, ловя каждую секунду, каждую деталь. Глядя на него из-под ресниц, я коснулась затылка Дэна и, откинув голову, протяжно застонала.
Запустила пальцы в волосы.
— Иди к нам, — выдохнула, поглаживая старшего брата по затылку, по крепким плечам.
Антон не торопился. Прищурился. Отсюда я не могла различить оттенка синевы его глаз. Мне это было не нужно — я и без того знала это. Синее-синее море… Шторм, ласкающий и нежный.
— Полегче с моей женой, — стоило Дэну сдавить мою грудь так, что я вскрикнула от удовольствия, прохрипел он. Уголок губ Дениса дёрнулся. Наклонившись, он ещё раз поцеловал меня в ключицы и только после, всё так же усмехаясь, посмотрел на брата.
— Ты плохо о ней заботишься, Тох.
Распалённая, влажная, готовая, я тихонько засмеялась, едва сдержав желание закатить глаза. Провела кончиками пальцев от шеи до пояса юбки. Вернулась к животу и обвела пупок. Антон жадно уставился на мою руку. Я знала, что это возбуждает его, что их обоих это дико возбуждает. Спустила с плеча одну лямку бюстгальтера, потом вторую.
