— Мне показалось, ты так и не успела поужинать, — протянул мне бокал с вином и, присев рядом, поставил между нами большую тарелку с шашлыком. Я уловила исходящий от мяса аромат и тут же поняла, насколько голодна. — Извини, придётся тебе обойтись без вилки, — взяв кусок, он поднёс его к моим губам.
Посмотрев на Антона, я неуверенно приоткрыла рот. Впилась в мясо зубами и едва не застонала от наслаждения — таким оно оказалось вкусным и сочным.
— Люблю женщин с хорошим аппетитом, — Антон не сводил с меня глаз.
Стоило мне прожевать, он тронул мои губы пальцами, проник указательным в рот. Я коснулась его кончикам языка, почувствовала оставшийся от мяса сок и слизала его. Игра была опасной, и мы оба понимали это. Лизнула палец по кругу, а после выпустила и сделала большой глоток красного сухого вина.
— Мой брат тебя не обидел? — услышала я, взяв следующий кусочек. Слова Антона несколько озадачили меня, и я, не спеша приниматься за еду, поинтересовалась:
— Нет, с чего ты это взял?
— Не знаю… — уголок его губ дрогнул, но я так и не поняла, усмешка то была или что-то иное.
— Мне показалось, что ты была сама не своя."
"Я снова отпила вино. Не знала, что ответить ему. Рассказать про разговор? Расспросить? Для начала мне нужно было хоть что-то понять самой, уложить в голове, обдумать. Вместо ответа я предпочла заняться шашлыком. Здесь, в море, ветерок был прохладнее, но оставался всё таким же мягким. Он гладил мои стопы, лодыжки, ласкал икры. Невольно мне представилось, что это мог бы делать Денис.
Нет… Не так. Он бы жадно водил по моим ногам ладонями, поднимаясь всё выше и выше до тех пор, пока пальцы его не коснулись бы моих трусиков. Смотрел бы на меня, подчиняя себе взглядом, приковывая к месту и лишая воли. Снял бы кружево, заставил раздвинуть бёдра и…
— Аня, — позвал Антон, вырывая меня из дурмана.
Обернувшись к нему, я утонула в черноте зрачков. Бокал мой был пуст, и Антон, забрав его, отставил в сторону. Тарелка с мясом оказалась там же, а он придвинулся вплотную.
Колено его упёрлось в моё бедро, ладонь опустилась на ногу. Я приоткрыла губы, но прежде, чем успела что-либо сказать, ощутила вкус поцелуя. Такой же пьянящий, утаскивающий в пучину безумия, как и эта ночь.
Обхватив второй ладонью мою голову, Антон сунул мне в рот язык. Глубоко, жадно и жарко. Собрал волосы в кулак и принялся безудержно целовать, сминая меня, как безвольную игрушку. Мгновенно задрал подол платья, крепко стиснул бедро.
