Я невольно усмехнулась в ответ и вновь попыталась отдёрнуть руку, но тут почувствовала поглаживание по талии и обернулась. Антон, ещё немного сонный, щурясь смотрел на меня.
— Доброе утро, — сиплым со сна голосом сказал он.
— Вообще-то, уже день, — отозвалась, взглянув сквозь окно на безоблачное синее небо. Комнату заливал яркий солнечный свет, проникающий сквозь распахнутую балконную дверь ветерок был по южному жарким.
— Счастливые часов не наблюдают, — ладонь его опустилась на мой живот, пальцы коснулись ямки пупка.
— А ты, как я посмотрю, счастлив до безумия, — с сарказмом скривилась я и, уловив самодовольный смешок, качнула головой.
Денис потянул меня на себя, но Антон не отпустил. Тут же обхватил крепче и прижал к груди ещё теснее, но старший Титов сдаваться не собирался. Взял вторую руку и снова потянул.
— Нет, братец, — смешок Антона мне в волосы, — она моя.
— Обойдёшься, — Денис дёрнул меня так, что грудью я буквально впечаталась в его грудь, зад же так и остался прижатым к паху Антона.
Почти тут же я почувствовала, как ладонь Антона заскользила по моему бедру к колену. Подхватив ногу, он немного согнул её и придвинулся плотнее, Денис же стал поглаживать плечо.
— Вы бы как-то договорились, — рвано выдохнула я ему в лицо.
— Так мы и сделаем, — с плеча к шее, по затылку ладонью, мягко сжимая волосы.
Антон поглаживал мою ногу, неспешно, лениво. Гладил кожу подушечками пальцев и тёрся о мои ягодицы. С каждым мигом он становился всё твёрже, и возбуждение его, передаваясь мне, жаром закручивалось внизу живота.
Придвинувшись вплотную, Денис поддел мои губы своими в дразнящем поцелуе. Прихватил нижнюю, отпустил и вновь посмотрел в глаза. Пару секунд мы так и лежали, а после он всё же не сдержался. Не думая ни о чём, я ответила. Коснулась его руки, провела по плечу и запустила пальцы в чёрные волосы. Отвечала, задыхаясь собственными ощущениями, перебирала короткие пряди на затылке и таяла между ними двумя — жаркими, настойчивыми, лишающими меня воли, собственного «я» и в то же время воскрешающими во мне мою чувственность.
Широкой ладонью Антон накрыл моё колено и с нажимом провёл к животу. Втиснул руку между нами с Денисом, принялся покрывать поцелуями шею.
— О, Господи… — застонала я, понимая, что меня снова окутывает жарким пламенем запретного удовольствия.
Денис поцеловал меня в подбородок, провёл большим пальцем по пульсирующей венке на горле и, подхватив ногу, закинул себе на бедро.
