Несколько секунд я смотрела на неё, после перевела взгляд на Дениса. Глаза в глаза. Антон опустился на пол и привалился спиной к дивану. Голова его оказалась возле моих коленок, голенью я чувствовала его плечо. Тонула в глубоких, насыщенно карих глазах Дениса, чувствуя, что с каждой секундой всё сильнее пьянею. Сделала большой, жадный глоток вина и ощутила прикосновение его пальцев к ладони. Забрав у меня конфету, он поднёс её к моим губам, и я послушно приоткрыла рот. Откусила половинку и облизнула губы.
— Ты красивая, — внезапно сказал он, и уголок его рта дёрнулся как-то странно, словно он хотел не то ухмыльнуться, не то улыбнуться, но так и не решил для самого себя, как поступить.
Снова поднёс шоколад к моему рту, но отдавать не спешил. Провёл по нижней, потом по верхней. Шоколад таял, и я чувствовала его сладость, чувствовала искушение, что просыпалось во мне, будя чувственность, бросая в туман забытья.
Обхватив мою стопу ладонями, Антон принялся аккуратно пассировать пальцы, разминая, поглаживая.
Я прикрыла глаза. Удовольствие, расслабление, электрические импульсы, мгновенно пробежавшие от кончиков пальцев к коленям, локтям, бёдрам и заставившие нервно запульсировать тягучий комок внизу живота. Кончиком языка я облизала шоколад с губ.
— Это были долгие семь лет, Анна, — Денис наконец отдал мне конфету, и я посмотрела на него, чуть приподняв веки.
Облизав пальцы, он качнул головой. Не знаю, что было скрыто в его словах, но какой-то подтекст они имели. Непонятный мне, разгадать который возможности у меня не было.
По крайней мере, пока."
"— Так где вы были всё это время? — спросила я скорее потому, что вопрос этот напрашивался сам собой.
— В Штатах, — неожиданно ответил Антон, не переставая поглаживать мою стопу. Чуть повернулся и посмотрел снизу вверх. Пальцы его прошлись по голени до колена и вернулись обратно.
— В Штатах? — переспросила я. Антон едва заметно улыбнулся, и улыбка эта отразилась в его глазах. — Это… Это связано с работой?
— Да, — Денис взял бутылку и подлил мне ещё вина.
Наполнил два оставшихся бокала и взял один из них. — Можно сказать, расширение. Тут были некоторые сложности, поэтому пришлось кое-что менять.
Слова его ясности не внесли, но расспрашивать о подробностях почему-то не было желания. То ли те несколько глотков, что я уже успела сделать, уже замутнили мой разум, то ли причиной всего были руки Антона, то ли голову мою сейчас занимали другие, куда более важные сейчас мысли.
