Так вот, я спрашиваю: у тебя достанет целомудрия? Или, то, что в голове подчиняется тому, что в штанах — как это и бывает у большинства молодых людей?
— В твоей воле отослать меня, государь.
— Ты не ответил.
— Я… — лучше бы прогнал с позором, право слово. Отчего-то было невыносимо стыдно — вроде и не виноват ни в чем… Эдгар заставил себя поднять взгляд: — Достанет, государь.
Тот побарабанил пальцами по подлокотнику.
— Хорошо. Вечером, на пиру, посмотришь на свою ученицу. Завтра с утра начнете заниматься.
Ступай, тебя проводят.
Весь оставшийся день Эдгар не находил себе места. И отнюдь не потому, что нечем было заняться. Дел у него, и вправду, было немного но скоротать время нашлось бы чем — еще с утра он сел за письмо брату, но успел лишь нацарапать приветствие, как пришло время встречи с королем. А после мысли пошли кувырком и собрать их никак не получалось. Не пристало государю беседовать о таких вещах с первым встречным. Не пристало даже думать о том, будто принцесса… господи, да дочь короля должна быть вне подозрений просто потому, что она — дочь короля.
А уж предположение, будто он способен посягнуть на… по-хорошему за такое должен бы последовать вызов. Эдгар усмехнулся: кого вызывать-то? Короля?
Нет, он не считал себя святым и безгрешным, прекрасно отдавая себе отчет в том, что способен вожделеть. Но принцессу? Да будь она прекраснее богини, разве можно оскорбить ее похотью?
Эдгар снова сел было за письмо, сломал перо, потом поставил кляксу — чего с ним и вовсе не случалось уже несколько лет.
Отчаянно хотелось что-нибудь разбить. Выругался, скомкал ни в чем не повинный пергамент, запустил в открытое по летней жаре окно.
— Эй, ты чего кидаешься? — раздалось с улицы.
Эдгар вздрогнул, уставился за окно. На толстенной ветке дуба королевского парка, саженях в трех от стены дворца сидела девчонка. Девушка. — Поправил себя Эдгар, разглядев под рубашкой — и как это он раньше не замечал, насколько бесстыдно выглядят здешние девушки в мужской одежде? — вполне оформившиеся округлости.
"
"Девушка перекинула ногу через ветку, развернувшись лицом к окну, мотнула головой — тяжелая черная коса отлетела за спину.
— Из-за тебя чуть с дерева не брякнулась. — Проворчала она. Сижу, никого не трогаю, тут летит в лицо какая-то дрянь.
— Это не дрянь, это пергамент. — Машинально поправил Эдгар, продолжая ее разглядывать. Ну и порядки тут, дворец, называется, какие-то девки по деревьям лазят.
