Это ж надо, сравнить воспитание будущего рыцаря, призванное сохранить воинские традиции и истинно рыцарский дух, со взятием заложника.
— Можно сказать и так. У нас предпочитали говорить «воспитанники». Очень практичный способ: с одной стороны, держит в узде вождя. С другой, пока мальчик войдет в возраст, он успеет полностью перенять обычаи и нравы воспитателей… Но мы снова ушли куда-то в сторону. Дальше.
Эдгар подумал, что если так пойдет и дальше, он обретет не только железную выдержку, но и изворотливый ум. Потому что в который раз приходится смирять возмущение и вместо того, чтобы разразиться гневной тирадой, искать доводы разума.
Куда там ученому диспуту! Впрочем, сейчас не время размышлять о том, чем воспитание юного рыцаря отличается от выращивания то ли заложника, то ли нового вождя покоренного племени. Пусть даже сравнение кажется чудовищным. Не время.
— Полагаю то, что герцог отправился добывать корону в чужие земли, говорит о многом. Не каждый предпочтет честную битву интригам и братоубийству.
Принцесса покачала головой.
— Наверное. Я бы хотела согласиться с тобой. Но это может говорить как о чести, так и о том, что просто-напросто ваш король — сильный повелитель. И брат понимает, что не сможет с ним потягаться.
Воистину, принцесса оказалась невыносима. Что за странная прихоть — во всем искать низменные черты, превращая доблесть в себялюбивую расчетливость? Неужели каких-то полчаса назад эта девушка казалась ему любознательной и разумной? Эдгар привык искать в людях прежде всего хорошее, и, случалось, ошибался.
Неужели и в этот раз за прекрасным лицом и острым умом кроется порок?
— О полководческих талантах герцога судить не могу. — Сказал он сухо. — Равно как и о государственной деятельности. И больше право, мне нечего добавить."
"— Как странно… — девушка смотрела куда-то сквозь учителя, словно размышляя вслух. — Ты умен, но совершенно ничего не умеешь сказать о человеке. Как он одевается: предпочитает ли щегольству удобство или готов пожертвовать им ради внешнего лоска? Как ведет себя с равными и как обходится с теми, кого судьба обделила знатностью? Блюдет ли обычаи или позволяет себе пренебрегать установленными порядками зная, что при его знатности почти все сойдет с рук? Окружает себя льстецами или готов смириться с непочтительностью ради дельного совета? — она замолчала, перевела испытующий взгляд на Эдгара.
— Для того, чтобы судить об этом необязательно близкое знакомство. Достаточно держать глаза и уши открытыми.
