Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

В назидание другим или забьют до смерти, или отправят на такие работы – на галеры или в каменоломни, – где больше года никто не выживает, даже если изначально здоровье было, как у быка.

Постепенно в лагере сворачивали палатки и дюжина за дюжиной перебирались на корабли. Наконец наступил день, когда последнюю палатку – а это была палатка Алексея – собрали и отвезли на судно. В полдень корабли вышли в море целой флотилией. Впереди – корабль с Алексеем и воинами, за ним – корабли с казной, затем – бывший зерновоз с рабами, повозками, ишаками, имуществом.

И замыкающим снова шел корабль с воинами. Напасть на такую внушительную группу никто не осмелится, разве только флот Карфагена, но они далеко. Несколько дней шли морем до Салоник, где Алексей назначил встречу с воинами, отпущенными на побывку. Небольшую ошибку допустил. Ему бы известить власти о прибытии. А так городская стража увидела целую флотилию, подняла тревогу. Городские ворота заперли, на стены забрались немногочисленные воины и ополченцы.

Выдохнули, когда корабли ошвартовались у причалов, да разглядели греческих гоплитов. Но страху первоначально навели. Зато потом горожане радовались как дети. Танцы устроили, музыка играла.

А на корабли возвращались отпускники. За редким исключением лица радостные. Побывать дома впервые за восемь лет – редкая удача. Но были и те, кто трофеи принес назад. За время отсутствия приключились болезни, выкосившие семью, а то и всю деревню. Из побывки не вернулся только один.

Всяко могло приключиться: убили по дороге, тяжело заболел, а может, и дезертировать решился, если трофеи солидные.

В порту простояли трое суток. Воины в припортовых харчевнях спускали жалование на привычные с детства кушанья, на продажных девок. Но пора было и отплывать. Каждый день простоя тратятся деньги на питание воинам, рабам, животным – ишакам, мулам, лошадям. А еще кормчим за аренду кораблей. Им чем дольше и дальше рейс, тем выгоднее. Война – всегда расходы, правда, не всегда побеждает богатый.

Македонский, начиная поход на Персию, имел долги, тогда как Дарий купался в роскоши. И где теперь Дарий, при упоминании имени которого трепетали народы? Бедным терять нечего, кроме своих жизней. Поэтому сражались яростно. Ведь впереди обещанное Александром богатство, трофеи, сытая жизнь. Правители, как всегда, обещают много. Обещания исполняются, может, только для сотни избранных, приближенных, обласканных предводителем.