Каким нужно быть кретином, чтобы вообще уехать? Он исступленно углубил поцелуй, тут же его оборвал и прижался губами к виску. Проложил дорожку к шее и ткнулся в неё носом. Судорожно вдохнул цветочный аромат. Эйфория обрушилась на голову и будто подняла над землей."
"На кожу шеи лёг невесомый поцелуй и заставил задрожать. Мягкие губы прихватили его мочку уха, в груди появился тёплый шар и начал раздуваться, согревая изнутри. Иэн поднял голову, потёрся носом о нос и заглянул в глаза.
— Теперь вам с Апельсинкой придётся стать Ройсами.
Как бы сильно она ни сопротивлялась, эта фамилия её догнала. Даже если сейчас придётся долго и упорно убеждать…
— Хорошо, — выдохнула Зайка, невесомо касаясь его губ.
Что?
— Ты согласна? — он выгнул брови.
— Мне всегда нравилась твоя фамилия.
Господи, ну почему она никогда ничего не говорила?
— И дом надо продать… — Иэн боднул её лбом. — Дети не должны расти в гостинице, просто поверь мне. Я на своей шкуре знаю, как это ужасно. Им нужна свобода действия…
— …Хорошо…
Он закрыл глаза и вдохнул.
— …Им надо бегать по коридорам, визжать, рисовать на обоях, ходить в одних трусах и не бояться встретить кого-то постороннего…
Чёрт, это же так важно! Маленьким Зайкам нужен уютный дом, а не клетка, и если придётся уговаривать её день, два, три — он не сдастся…
— Иэн, я сказала «хорошо».
Тихие слова добрались до мозга.
— Что? — Иэн открыл глаза.
И увидел дрожащие в едва сдерживаемой улыбке губы.
— Я согласна, — Джемма не выдержала и заулыбалась.
Настоящей яркой улыбкой.
Той самой, которая освещает комнату и побеждает всю темноту в душе. Иэн ошарашенно уставился на неё.
— Вот так просто?
— Да, — она флегматично дёрнула бровями. — Я устала. А скоро стану толстой и неповоротливой. Не хочу больше всем этим заниматься, — наклонила голову и потянулась к его губам: — Поцелуй меня еще, пожалуйста. Очень хочется.
Потрясная смена темы. Он уже и забыл, как это бывает. Из груди вырвался смешок облегчения, вся оставшаяся тяжесть рухнула с плеч и растворилась в воздухе.
— Слава богу, — Иэн сократил миллиметры расстояния, разомкнул языком её губы, обрывая возможность говорить.
И она с готовностью поддалась. Её пальцы запутались в его волосах, она затрепетала и завибрировала. Жестом собственницы стянула волосы на затылке — на грани боли и наслаждения. Но продлилось это недолго. Несколько секунд спустя Джемма сама отстранилась и уперлась ладонями в его грудь.
— У меня один вопрос, — прозвучал строгий голос.
