После заказанной утром пиццы прошло слишком много часов, а больше кроме кофе в желудок ничего за сегодня не попало… Джемма закончила манипуляцию, молча взяла крышку, накрыла сковороду…
— У моих родителей, — наконец выронила она. — Я была слишком занята, а Мия слишком живая и подвижная для дома, где готовятся к поминкам, — она снова повернулась к нему. Серые глаза прямо заглянули в его синие. — А потом появился ты.
О, ну это, конечно, шикарный аргумент! Кажется, лицо начало вытягиваться в ошарашенную маску.
— Поэтому нужно было её прятать? — обалдело выпалил он.
— А может, ты ничего не говорила как раз потому, что она от Престона?
Он не успел договорить. Джемма вдруг замахнулась, отшвырнула нож на столешницу, и металл с громким лязганьем проехал по покрытию. Она рванула руку вверх, зажала пальцами переносицу и затихла. Иэн метнул взгляд к губам, чуть прикрытым запястьем: они беззвучно зашевелились, выдавая что-то вроде «один, два, три»…
Она… считает? Вот так, в открытую?
Но вот счет оборвался на пяти, рука упала.
Джемма распахнула глаза.
— Слушай, Ройс, — она снова прямо и бескомпромиссно заглянула в его лицо. — Ты упрямый мул, это я уже поняла, и можешь сколько угодно упражняться в остроумии на мне. Плевать, я могу выдержать абсолютно всё. Но если ты хоть полунамёком обидишь Мию, — она замахнулась и уже знакомо всадила палец в его грудную клетку, — я откушу тебе башку.
Этот пальчик и в первый раз здорово напряг, но сейчас еще и нажал на невидимую точку, пуская по венам разряд. Иэн сделал резкий шаг назад.
— Значит, по-твоему, я убогий мудак, который может мстить через ребенка? — глухо выронил он."
"— Я понятия не имею, кто ты, когда закрываешь рот и перестаёшь метать в меня дротики, — она спрятала пальчик в кулак и опустила руку. Но взгляд не отвела. — Так же, как и ты не знаешь, кто я. Но тебе и не нужно знать, ты классный художник и сам себе всё нарисовал.
Только теперь она отвернулась. Подобрав нож, взяла еще одну палку сельдерея, уложила на доску и принялась кромсать. Молча, чётко, быстро.
Разговор окончен.
— Вот, значит, как…
На языке появился привкус горечи. Иэн крутанулся к раковине, в два рывка ополоснул чашки, бросил их на сушку и быстро вышел вон.
Внутри начало разрастаться странное чувство опустошенности. Откуда бы ему взяться? Он снова промчался через бар, холл, коридор и вошел в кабинет. От быстрого шага сбилось дыхание, а желание курить уже подожгло лёгкие, но откуда опустошенность? Иэн схватил со стола ключ от внедорожника.
