– Почему я лишен возможности двигаться?
– Ты агрессивен, – ответил алари. – Ты нанес большие разрушения.
Разрушения?
Огонь… да, я помню огонь. Во тьме, там, где не было и не может быть огня, вспыхивает пламя. Обломки, несущиеся ко мне, я уворачиваюсь, лечу…
Значит, я умею летать?
…лечу сквозь тьму и холод, но слишком много сил ушло на разрушение, на пламя, пожирающее металл, что-то тащит меня обратно…
– Кто я?
Алари защелкал челюстями:
– Не притворяйся! Ты знаешь, кто ты! Этот вопрос должны задавать мы!
– А вы не знаете, кто я? – глупо уточнил я.
Существо на шаг отступило. Задрало морду к потолку.
– Неприятность… – прошептало оно.
– Освободите меня, – попросил я. – Пожалуйста. Я буду крайне признателен. Я не буду причинять разрушений.
– Нет. Ты опасен.
– Я буду так лежать?
– Да.
– Долго?
– Очень.
Во мне проснулся страх.
Я не хочу!
Мне ничего не вспомнить, мне не вернуть себя, пока я валяюсь в крошечной камере, привязанный к кровати, беспомощный и неподвижный.
Я снова забился, и вновь лента напряглась, сковывая движения.
– Мне хочется пить… – попросил я, когда обрел возможность дышать.
– Это разрешено.
Существо скрылось в люке. Я ждал, люк оставался открытым, но в нем ничего не было видно, лишь короткий полутемный туннель. Потом алари вернулся.
Оказывается, он мог ходить и на двух лапах. А в передних был зажат маленький металлический сосуд.
– Это жидкая пища. Она утолит голод и жажду.
Я жадно сделал глоток из поднесенного к губам сосуда. Вкус – отвратительный. Солоновато-сладкий, жидкость темная и густая, с какими-то комками…
Но мне нужны силы.
Чтобы выбраться – нужны силы.
– Спасибо, – сказал я, допив.
– Ты будешь лежать неподвижно и думать, – сказал алари. – Когда тебе потребуется удалить продукты метаболизма, ты скажешь об этом. Когда ты решишь рассказать, кто ты, ты скажешь об этом.
– Я не знаю, кто я, – в отчаянии признался я. – Если мне придется так лежать, то я ничего не вспомню."
"– Тебе придется ждать, – сказал алари. – Мы предпринимаем свои меры.
Мы пригласили экспертов. Они установят, кто ты такой.
Эксперты – это хорошо. Эксперты всегда справляются. Они безупречны, ведь это их долг, я знаю. Но я должен полагаться на себя.
Это – мой долг!
Как неуютно, когда невозможно выполнить свой долг!
– Если тебя раздражает свет, сообщи об этом, – сказал алари.
– Он… оранжевый…
– А какой свет ты предпочитаешь?
– Белый. Желтый.
– Хорошо.
Существо вышло. Действительно, вскоре освещение сменилось на бледно-желтое.
