Джек Ричер, или Дело

Я спросил:

— А были ли такие временны́е промежутки, когда могло произойти что-то, чего вы не видели?

Обе леди, конечно же, поняли суть вопроса; они покудахтали, поморщились и даже поволновались примерно в течение минуты, но тяжесть ситуации имела для них намного большее значение, нежели уязвленное самолюбие; они пришли в себя и признали, что таких моментов практически не было, поскольку они могли наблюдать за ситуацией все время. Они обе любили сидеть на своих порогах, когда у них не было других дел, а эти другие дела они старались выполнять в разное время.

Окна спален обеих дам располагались на передних фасадах их домов, и ни одна из них даже не пыталась заснуть до полуночи, то есть до того момента, когда проходил поезд, к тому же сон у обеих дам был очень чутким, а потому они вряд ли могли не заметить какого-либо ночного происшествия.

— Много людей обычно навещало вашу соседку? — поинтересовался я.

Дамы, коротко посовещавшись, пустились в сложные и пространные рассуждения, которые, как я опасался, могут дойти до Американской революции.

Я старался переключить их на тему, интересующую нас, но вдруг до меня дошло, что они излагали нечто похожее на календарный отчет об активных действиях, имевших место в прошедшем полугодии и описываемых ими в системе «месяц активный, месяц пассивный»: первый месяц — активное и даже неистовое безумство; второй — затишье и бездействие. То густо, то пусто. Чапман либо никуда не выходила, либо постоянно где-то пропадала; первые четыре или пять недель она пребывала в одном состоянии, а следующие — совсем в другом.

Батальон «Браво» в Косове.

Батальон «Браво» дома.

— А у нее был бойфренд? — спросил я.

Джинсы, футболки, кожаные куртки.

Солдаты, по всей вероятности, отпущенные в увольнение.

— Был ли среди них кто-либо особо приметный, — спросил я, — который чем-нибудь выделялся на фоне остальных?

Они снова, недолго посовещавшись и чопорно поджав губы, сообщили, что наблюдали период относительной стабильности, начавшийся на три или на четыре месяца раньше.

Ряды поклонников значительно поредели; сперва те приходили редко и малочисленными группками, а потом и вовсе пропали, а вместо них появился один мужчина, который, по словам дам, был таким же вежливым молодым человеком с короткой стрижкой, но постоянно, в тех случаях, когда они видели его, одетый несоответственно внутреннему облику. Джинсы, футболка, кожаная куртка. Они хорошо помнили дни, когда джентльмен наносил визиты своей избраннице в костюме и при галстуке.