Джек Ричер, или Дело

Делают из мухи слона, вкручивая мне, насколько трудно им получить доступ к этому делу. Папка, в которую попали касающиеся ее документы, похоже, имеет какой-то особый гриф секретности. Наивысшей категории. Там, среди прочих, находится самое важное в мире дело, а вместе с ним и чушь собачья такой же категории. Но известно, что примерно лет пять назад имел место какой-то серьезный скандал. Суть дела в том, что из-за Деверо нескольких военных полицейских поперли из Корпуса без всяких на то причин. По слухам, причиной явилась личная ревность.

— Пять лет назад, то есть за три года до ее ухода из Корпуса? Она уволилась из Корпуса с хорошей аттестацией и сохранением привилегий?

— Добровольное или принудительное расторжение контракта?

— Тогда все это пустое, — махнул рукой я. — Не морочь себе голову.

— Ты думаешь не головой, а другим местом, Ричер.

— Пять минут, — напомнил ему я. — Дуй на свое место.

Официантка долила кофе в мою чашку, и я выпил почти все, пока мысленно отсчитывал триста секунд. Затем снова подошел к телефону и набрал прямой номер Гарбера.

Он ответил, и я представился:

— Сэр, это майор Ричер докладывает из Миссисипи. Вы меня слышите?

— Четко и ясно, — ответил Гарбер.

— Мне стало известно имя того, кто командовал «Свободными гражданами Теннесси» в Келхэме. Это командование было частью преступного сговора, в результате которого произошло два убийства и два уголовных преступления. Мне назначена встреча, и мне необходимо быть в Пентагоне послезавтра, а затем я немедленно прибуду на базу, и на тот момент времени введу в курс дела начальника военно-юридического управления армии.

Гарбер был шустрым парнем. Он быстро понял, в чем дело, и как следует сыграл свою роль.

— И кто этот человек? — спросил он.

— Я бы предпочел не называть его имени в течение сорока восьми часов, если вы не возражаете, — ответил я.

— Понимаю, — важно произнес Гарбер.

Закончив разговор, я положил трубку и почти тут же набрал новый номер. Офис полковника Джона Джеймса Фрейзера, расположенный в глубинах Пентагона.

Офицера ведомства по связям с Сенатом. Я соединился с сотрудником, ответственным за планирование расписания встреч, и мне назначили прием на послезавтра на двенадцать часов в его офисе. Я не сказал цели своего визита, поскольку сам еще не знал ее. У меня не было реальной причины просить о встрече. Мне просто надо было побывать кое-где в этом гигантском здании. В качестве наживки в капкане.

После этого я сел за столик и стал ждать Деверо.