Джек Ричер, или Дело

Я, приникнув к просмоленной деревянной стойке, простоял целую минуту, шестьдесят долгих секунд, оглушенный лязгом металла, потерявший ориентацию от дрожания земли и от разряженного воздуха, в потоке которого несся поезд.

Задний торец последнего в цепи вагона катил прочь от меня со скоростью не меньше шестидесяти миль в час, рев ветра стал на полтона ниже, тряска земли стихла, затем перешла в легкое подрагивание и вскоре совсем стихла; пронзительно скрипевшие рельсы затихли и лишь чуть слышно шипели. Маниакальный звон предупредительных сигнальных устройств на переезде стих.

Снова наступила тишина.

Первое, что пришло мне в голову, была мысль, насколько далеко от переезда следует искать обломки той самой голубой машины. До этого я был уверен, что она где-то совсем рядом с ним. Но после столь ужасающей демонстрации мощи я подумал, что не удивлюсь, обнаружив злополучные обломки где-нибудь в Нью-Джерси. А то и в Канаде.

В конце концов я обнаружил бо́льшую часть обломков машины примерно в двухстах ярдах к северу.

От переезда до того места тянулась заваленная мусором и хламом полоса. Пройдя за нее, я обнаружил разбившееся вдребезги ветровое стекло, на котором при свете луны блестела выпавшая роса. Осколки, разлетевшиеся вокруг по каким-то неведомым траекториям, казалось, разбросала чья-то гигантская рука. Там же валялся хромированный бампер, оторванный от корпуса и согнутый неизвестно каким образом пополам, компактный V-образный двигатель, оторванный и отброшенный, словно соломинка для питья. Он почти наполовину вонзился в землю и торчал из нее, словно дротик для игры в дартс на газоне. Рядом валялось колесо без диска. Удар был колоссальной силы. Машину отбросило вперед, словно шар, установленный на колышек, на который кладут мячик для гольфа. Из состояния покоя она мгновенно получила ускорение в шестьдесят миль в час.

По моим предположениям, машину оставили на путях примерно в двадцати ярдах к северу от водокачки. Именно там я обнаружил первый осколок стекла.

После удара локомотива машина пролетела по воздуху не менее пятидесяти ярдов, а после падения на землю несколько раз перевернулась. Возможно, с колес на крышу, затем с крыши на колеса, а возможно, с носа на багажник и с багажника на нос. От первоначального удара — в этом я тоже был уверен — машину, как бывает при взрыве, разнесло на части, которые потом раскатились по широкой площади. Горючее, также разлившееся по ней, затем вспыхнуло.