Джек Ричер, или Дело

Медленная и кропотливая. Ее выполняли как минимум шесть человек. А может быть, и восемь. Я представил себе их, выстроившихся в линию и медленно ступающих. Четкие дельные команды, выполняемые с высочайшей точностью.

С армейской точностью.

Я двинулся назад тем же путем, что и пришел сюда. Когда я прошагал по шпалам почти половину пути до переезда, то увидел на востоке машину, идущую в направлении от Келхэма. Она была еще далеко, но уже хорошо различима. Сперва я подумал, что это машина возвращающейся с обеда Деверо, но быстро понял, что ошибся.

Этот автомобиль был черный, большой, шел быстро и плавно. Лимузин. Городская машина. Она шла как раз по центру дороги, оставаясь на значительном расстоянии от неровных, заросших травой обочин. Машина неслась вперед, плавно покачиваясь с боку на бок и немного виляя из стороны в сторону.

Сойдя с железнодорожного полотна, я, большой и заметный, остановился посреди дороги, расставив ноги на ширину плеч и раскинув руки. Когда от машины до меня оставалось примерно сто ярдов, я поднял руки над головой, скрестил и стал размахивать ими, подавая понятный во всем мире сигнал бедствия.

Я знал, что водитель остановится. Если помните, шел 1997 год. Четыре с половиной года до введения новых правил. Давно это было. И мир тогда был менее подозрительным.

Машина, замедлив ход, остановилась. Я отошел вправо, обогнул капот и наклонился к окну водителя, чуть отступив назад, чтобы согнуть тело под нужным углом. Мне хотелось посмотреть на пассажира. Я решил, что он сидит позади, в дальнем углу; дополнительное пассажирское сиденье наверняка разложено, и на нем покоятся его ноги.

Об этих путевых удобствах у меня уже сложилось ясное представление. Мне и самому один или два раза доводилось ездить на городских машинах.

Водительское окно опустилось. Я согнулся в талии. Посмотрел. Водитель был крупным мужчиной с животом такого размера, что тот мог разместиться только между его раздвинутых колен. На водителе были черная шоферская кепка, черная куртка и черный галстук. Глаза его казались водянистыми.

— Чем мы можем вам помочь? — спросил он.

— Простите. Я ошибся, — с притворным испугом ответил я. — Я принял вас за других людей. Но все равно, спасибо, что вы остановились.

— Ладно, — махнул рукой водитель. — Нет проблем.

Окно поднялось, я отошел назад, и машина поехала дальше.

Пассажиром был мужчина старше меня по возрасту, седовласый, преуспевающего вида, в костюме, сшитом из шерстяной ткани. Рядом с ним на сиденье лежал кожаный портфель.