При очередном припадке меланхолии, чего доброго, действительно скажет мужу — вот будет потеха! А Александр Евгеньевич, между прочим, здоровенный мужик с темпераментом медведя-шатуна и рабоче-крестьянскими манерами — не постесняется самолично заявиться в офис и без предисловий начнет окучивать. Попробуй докажи тогда, что ты совсем не то имел в виду!
— Вот и подумай, стоит этот твой Салыков таких душевных трат или ну его к чертовой матери, — злорадно резюмировала Ирина, не дождавшись вразумительного ответа.
— Подумай — время есть…
Да, Ирина Викторовна не ограничивалась ролью домовладелицы и повелительницы обожающего ее мужа, которого она вытащила из самых низов и благодаря своему положению в обществе вылепила из него матерого бизнес-хвата. В силу своей природной любознательности и въедливости она по мере сил вникала в суть функционирования фирмы, правильно видя в этом функционировании залог личного процветания и благополучия своей семьи. А потому подобные обращения со стороны сотрудников фирмы были не редкостью — все знали, что если Кочерга сочтет целесообразным, то обязательно убедит мужа принять правильное решение по тому или иному вопросу.
Минут через пять телефон затрезвонил вновь.
— А-а! Сговорились, что ли? — желчно буркнула Ирина, с отвращением глядя на трубку. — Чтоб вы все…
На этот раз беспокоил муж. Униженно извинялся, что не сможет присутствовать на сегодняшнем званом ужине у родителей. И не потому, что не хочет — напротив, горит желанием, стремится, но… Имеются, видите ли, объективные причины: коммерческий директор везет его знакомить с нужными людьми, которые могут поспособствовать в решении ряда вопросов по районному филиалу.
Такие связи в нашем деле очень полезны, так что дома будет поздно…
— Да какие там у тебя могут быть нужные люди? — возмутилась было Ирина, собираясь сурово отчитать супруга и напомнить, что все «связи», способствующие процветанию фирмы, — это ее рук дело, результат многочасового корпения на этих самых идиотских соберунчиках старой номенклатуры и тщательного поддержания ровных отношений с приятелями родителей, чтоб им всем взорваться в одночасье.
— Ну, пожалуйста, мамочка, войди в мое положение! — отчаянно вскричал супруг. — Я уже неделю назад обещал, что буду… Ну и что ж я теперь — слово не сдержу?
— Мне не нравится твое поведение, радость моя, — без особого напора сообщила Ирина, прекрасно понимая, в чем дело.
