На выносе, стало быть.
— Так ведь замудохаемся тягать, Егорыч! — выразил всеобщие умонастроения приближенный Чуб. — До сих пор под носом брали, не было беды, а тут вдруг — на! До брода три версты… Ась?
— А тракт — гля! — грязюка невпролазь, — подхватил другой приближенный — атаманов сосед Бочило. — Как по ем дрова возить? Да и вооще — муторно. Мотри: пи-лять, катать, сплавлять, пымать, тягать…
— Через два-три месяца наши пристанут воевать, — невозмутимо продолжал гнуть свое атаман. — Газовую ветку, нах, в нашем районе восстановят, дай бог, через пару пятилеток, нах.
Угля нам, нах — фуй в сумку, сами знаете. Так что, нах, опять будем дрова добывать на своем берегу. А из чего ваши внуки будут себе лавки да столы резать, нах?! На какие шиши они жить вообще будут, когда лесу не станет, нах?
Казаки недовольно заворчали, однако перечить более никто не посмел — верно говорил батько. Каждый понимал, что истреблять лес вокруг станицы — варварство чистейшей воды. Если бы не обстоятельства суровые, разве же стали бы так изгаляться над природой?
— Короче, нах! Ежли щас момент упустим, потом пожалеем, — подытожил атаман.
— И «любо» не спрашиваю — так ясно. А теперь слушай наряд на неделю вперед — я уже составил…
…А погодка между тем была вполне обычной для этого времени в предгорных районах Кавказа. Как раз для начинающих суицидеров без стажа: если и сомневаешься, вскрыться или как, такая погодка моментально подскажет правильный выбор. Мглистые свинцовые тучи сплошной пеленой залегли до самого Сунженского хребта, едва различимого в косматой туманной дымке.
Полное отсутствие ветра — этакое предштормовое состояние, надежно обещавшее нашествие притаившегося где-то за хребтом мерзейшего циклона. Стылая влажность, насквозь пропитавшая верхний слой земли и превратившая его в непролазную грязь, зябкими ручонками тянулась к разгоряченным молодым телам, похотливо ощупывала их через намокшие рубахи в краткие минуты передышки.
Неподвижная слякотная хмарь сгладила ощущение времени — за работой и не заметили, как миновал полдень.
— Чего это они? — удивился Антон, заметив, как трудившиеся неподалеку Чубы вдруг оперативно свернулись и принялись зашпиливать воз. — Воз вроде не полный, клади сколько влезет…"
"— А, наверно, обед, — Сашко достал из кармана брошенной на капот фуфайки подаренные Антоном на прошлое 23 февраля часы. — Ну точно — обед. А Чубы завсегда до обеда заканчивают. Это ж мы к семи подъехали — а они уже с пяти пиляют.
