Джульетта стреляет первой

«Я точно буду с ним спать», – в отчаянии поняла Татьяна.

Зачем только Валерочка отпустил ее сюда?

Вышла из кабинета оглушенной.

В коридоре, на подоконнике, ее ждал Марк.

Взглянул в Танино опрокинутое лицо – и сразу опустил плечи. Пробормотал:

– Ты сошла от него с ума. Как и все.

Садовникова сделала над собой адское усилие. Беззаботно улыбнулась:

– Да, у нас был интересный разговор.

– Покажешь мой кабинет?

– Конечно! – просиял юноша.

И привел ее в комнату – всего через пару дверей от обиталища босса. Вручил очередную магнитную карточку.

Сказал:

Но, когда Татьяна потянулась к замку, удержал ее руку. С надеждой спросил:

– Так мы выпьем вечером по коктейлю?

Воробей взялся тягаться с соколом.

Девушка неуверенно улыбнулась:

– Нет, Марк, прости. У меня пока после перелетов голова кругом. И чемодан я до сих пор не разобрала.

Настаивать парень не стал. Грустно произнес:

И торопливо (будто стыдился при ней расплакаться) ушел.

Таня виновато взглянула ему вслед и отомкнула дверь своего кабинета.

Пахнуло новым ламинатом и сыростью. Стены – голая светло-зеленая штукатурка. Разлапистое кожаное кресло и огромный стол со скромным лэптопом в дальнем уголке наталкивали на мысль о порнофильме. Таня не увлекалась, но коллеги рассказывали: продукция «ХХХ» часто снимается в офисных интерьерах.

Вдруг представила: Максимус распластал ее на столе, компьютер звонко летит на пол… Татьяна, уймись!

«Ничего, – весело подумала. – Зато будет повод подкатить к местным. Чтобы помогли декорировать».

Плюхнулась в кресло, раскрыла список жителей, что вручил ей Максимус.

Если не брать детей, четыре тысячи двести восемьдесят человек. Фамилия, год рождения, адрес, семейное положение… ага, а вот и графа «профессия».

Самое популярное – инвестиционный консультант. Масса независимых брокеров. Врачи. Экономисты. Менеджеры. Адвокаты. Руководители компаний. Настоящую селекцию провели: ни единой медсестры или хотя бы учителя на острове не оказалось.

Зато художники имелись. Целых двое. Некие Семенчук (про него Таня что-то слышала) и Староверова.

Согласится ли кто-то из них украсить своей работой ее кабинет? Или оба в отставке, пейзажи не пишут, только ими любуются?

Напрягла мозг, вспомнила. Семенчук, кажется, тот самый дряхлый старец, кого красавец Пит (ее знакомец по перелету) пытался записать в свои дедушки. А если и Староверова его ровесница?

Действие двух утренних чашек кофе иссякло. Разом захотелось есть, спать и домой. Далеко за окном бушевал океан.